Муж Евиной сестры Герман Фегелейн 25 апреля покинул Имперскую канцелярию и обратно уже не вернулся. На следующий день вечером он позвонил Еве, пытался уговорить ее покинуть Гитлера и бежать с ним, пока еще было время. Та отказалась. Вождь Третьего рейха послал по следам Фегелейна эсэсовцев, приказав им схватить группенфюрера. Его нашли в собственной квартире в Шарлоттенбурге, где он как раз готовился к побегу. На Фегелейне была гражданская одежда, с собой чемодан, в котором кроме других ценных вещей лежали 100 000 рейхсмарок. Эсэсовцы привели его в рейхсканцелярию, где Гитлер отдал приказ «строго» допросить его. Ева проявила сочувствие. Но не к Фегелейну, не к своей беременной от него сестре, а к Гитлеру. «Все покинули тебя, - в ярости кричала она, - все предали тебя!» Фюрер рассматривал возможность заменить расстрел для своего проштрафившегося фаворита отправкой на фронт, чтобы тот мог реабилитировать себя. Но Ева его переубедила. Казнь Фегелейна была тем самым предрешена...
В ту самую ночь, когда Ева Браун и Адольф Гитлер поженились, солдаты караульного взвода вывели Германа во внутренний двор Имперской канцелярии. Прогремели выстрелы; Ева знала, что произошло. Но смерть ее родича, произошедшая незадолго до ее собственной кончины, казалось, не сильно тронула ее.
Душа Фегелейна, черная, как сам мрак, показала пальцем на одинокое белое пятно у себя на груди:
- Ева, это – знак единственного светлого чувства во мне - любви к тебе. Не смея соперничать с фюрером, я женился на твоей сестре. Я хотел спасти тебя – а ты меня предала. Ведь могла бы попросить фюрера меня пощадить. Война уже фактически кончилась, моя казнь была бессмысленной жестокостью...
Ева Гитлер гордо вскинула голову и закусила губу, хотя из глаз ее катились слезы:
- Я хотела было за тебя заступиться, но узнала, что ты собрался бежать вместе с женой венгерского дипломата, бросив свою беременную супругу – мою сестру...
- Я всегда считал, что вся вина Евы в том, что она, глупая, полюбила монстра. Типа «Любовь зла – полюбишь и козла». А она, оказывается, с характером! И христианка плохая – загубила свою душу самоубийством, - сделал попытку горестно вздохнуть Борис.
Сестра жены Гитлера Илде возразила:
- «Ева была настоящей фашисткой, хотя редко себя проявляла в этом качестве. Когда я как-то покритиковала нацистов, она мне сказала: «Когда Гитлер бросит тебя в концлагерь, не думай, что я вытащу тебя оттуда».
Адольф в ночь своей свадьбы вызвал одну из своих секретарш и начал диктовку двух документов: политического завещания, которое растянулось на множество страниц и содержало сильнейшие выпады против евреев, а также личного завещания, меньшего по объему. Последнее начиналось словами:
«Так как я в годы борьбы верил в то, что не смогу нести ответственность за семью, то до окончания своей земной жизни я решил взять в жены ту девушку, которая после долгих лет верной дружбы по собственной воле приехала в почти осажденный город, чтобы разделить свою судьбу с моей. Она уйдет со мной как моя супруга. Смерть даст нам то, что не дала нам обоим моя работа на службе у моего народа.
То, что есть у меня ценного, принадлежит партии. Если партия больше не будет существовать, то государству, если же будет уничтожено государство, то нужно будет принять новое решение, от меня не зависящее.
... Сам я и моя супруга выбираем смерть, чтобы избежать позора оккупации или капитуляции. Это наша воля немедленно быть сожженными на месте, где я провел большую часть моей повседневной работы в течение двенадцатилетней службы моему народу».
Гитлер подписал оба завещания около четырех часов утра.
В полдень 29 апреля к Еве пришла служанка Лизль-Остертаг и поздравила ее со свадьбой. «Ты можешь спокойно называть меня фрау Гитлер», - ответила Ева. Потом она попросила Лизль сделать ей последнее одолжение. Она отдала служанке свое обручальное кольцо и платье, которое было на ней в ночь бракосочетания. Лизль должна была сохранить эти вещи и передать их позже подруге Евы – Герте. Во время разговора по коридору прыгали шестеро отпрысков Магды и Йозефа Геббельс. Ребятишки также поздравили «тетю Еву», которая часто укладывала их спать и пела им колыбельные. Та поблагодарила их. Она обменялась парой теплых дружеских фраз с детьми, которые были так же обречены смерти, как и она сама...
Гитлер захотел узнать, насколько быстро и надежно убивает цианид. Он приказал испробовать его действие на Блонди – своей овчарке.
Шофер рейхсканцлера Кемпка: «После измены Гиммлера фюрер засомневался, не подсунул ли тот вместо ампул с цианистым калием пустышки, и распорядился опробовать яд на собаках. Цианистый калий подействовал безотказно, отправив на тот свет любимую овчарку Гитлера, чтобы она не попала русским в качестве трофея. Ему тяжело было передавать для этой цели доктору Газе свою любимую собаку Блонди. Эта овчарка сопровождала его во многих поездках и в минуты одиночества была его самым верным другом».