- Ну, эт временно! Отсюда до Страшного суда никто не откинется! Сюда вход — рупь, выход — два!
- Да я двести заплачу! Чем возьмешь? - Ельцин не уступал, мастерски используя блатной жаргон.
Бес на минуту задумался над достойным ответом, чем воспользовался его гид:
- Борис, ты зачем этого черта дразнишь?
Экс-диссидент отреагировал фразой, сказанной им в бытность первым секретарем Московского горкома КПСС:
- Иначе все блатные меня за дешевку посчитают, пульнут базар (ну, объявят всем): «Ельцин опять перед начальством задницей вертит». Я б этому чертову менту или, точнее, ментовскому черту еще и в жало (морду) заехал, да не получится! А вообще-то ты прав: все это — жеванина (пустой разговор). Кончаю баланду травить (пустословить)!
Ницше воспользовался окончанием перепалки для пополнения своих знаний:
- Господин дэпан, а в чем отличие этой зоны от других? И каких знаменитостей, кроме моего спутника, Вы пытаете и как именно?
- В этой зоне — как на земле в ельцинской России: почти все бесплатно горят на работе! - пошутил бес. - Ее особенности ты испытаешь на себе, побыв здесь подольше. А второй вопрос ты задал интересный... Дай-ка припомнить... Буддист-коммунист Пол Пот, уничтоживший четыре миллиона, то есть две трети своих соотечественников-камбоджийцев, по моей задумке превратился в червя-трупоеда...
- Ну что за наказание? - скривил фантомную губу Фридрих. - Он и при жизни форменным людоедом был!
- Да, но теперь-то он есть не может — и мучается страшно! Трупов вокруг навалом – а рот и зад зашиты! Большинство граждан соцлагеря и многие из каплагеря, кстати, по собственному желанию превращаются в навозных червей...
- Почему?
- Им так барно, то бишь комфортнее: привыкли, что их постоянно кормили дерьмом, причем как в прямом, так и в переносном смыслах! Наказание особое я для подхалимов изобрел — зализывание начальственного ануса, а для их боссов - участие в многодневных заседаниях без возможности облегчиться. Основателя антисемитского общества «Память» Васильева я придумал подвергнуть обрезанию, кормить исключительно мацой и заставить учить наизусть «Талмуд» - на иврите!
- Чем мучаются согрешившие священники? - не преминул спросить отъявленный борец с религией.
- Убеждаются в своей глупости: надо было самим верить в то, чему учили в церкви!
- А Брежнев в своей зоне сильно страдает? - заинтересовался Борис Николаевич. Участь Пол Пота он разделить не боялся (крови ведь не так уж много пролил), а вот посмертную судьбу генсека - «бровеносца» повторить опасался.
- Чертовски жаль, но не так чтобы очень. Грехи личные у него обычные, человек-то в общем он был незлой. К тому же в 1967 году его матери, которая ходила в храм, какой-то юродивый сказал: «Если твой сын церковь не обидит, будет править долго». Он и не обижал, и многие за него молились, свечи ставили... Потому здесь ему некоторое облегчение... И мучился бы куда меньше, если б не афганская война...
- А правду говорят, что Брежнева и Чапаева в аду вентиляторами сделали? Дескать, когда про кого из мертвых на земле анекдот рассказывают, тот в гробу переворачивается? - продолжил интервью Ницше.
- Раньше такое было! Они крутились и вырабатывали электричество, которое пропускали через языки журналистов и писателей, говоривших одно, думавших другое, а писавших третье... Сейчас эта парочка почти не вертится... Забыли их...
- Ну, мне судьба этих литераторов не грозит! - гордо выпятил фантомную грудь «первый имморалист». - Я-то как раз писал и говорил то, что думал!
- Харэ (ладно), кончай пустой базар, Фридрих! - оборвал разглагольствования своего гида экс-гарант. - Как я понял, играть на рояле тут не принято? А, дэпан?
- Сам врубись: на хрена у душ брать отпечатки пальцев?!
- Так что: двигаем на вокзал?
- Железная дорога в преисподней?! - изумился автор «Заратустры». - Откуда?!
- А еще философ! - презрительно хмыкнул ЕБН. - Вокзал — это зал для оформления арестантов!
Очутившись там, Ницше навострил уши: речь его обитателей могла ощутимо расширить не только скромные познания Фридриха в фене, но и полный словарь русского мата. Впрочем, и своих любимых персонажей — белокурых, а также черноволосых, седых и даже рыжих бестий - он тут встретил в большем количестве, чем на страницах собственных произведений. Разговоры «сверхчеловеков» образца «Россия 90-х годов» произвели на гениального писателя огромное впечатление, хотя понять их до конца он был способен только с помощью своего подопечного, который стал толмачом у собственного экскурсовода.
- Хавки (еды) хочется, особенно флеша (мяса)...