- Правильно я Коржакова раскороновал! - заявил взбешенный пахан.
- Конечно, правильно! - загоготал Дьявол. - Кровного побратима предать по совершенно надуманному поводу – милое дело!
- Какой он мне побратим, что ты мелешь, лукавый!
- Вы давали с ним клятву на крови дважды. В 1991-м, во время поездки в Якутию, ты спьяну полоснул Коржакова ножом по руке. Пошла кровь. Тебе стало неудобно, и ты предложил: “Давай ты меня тоже резани”. Лейб-охранник отказывался, но ты настоял. А потом, выпив еще, неожиданно загорелся идеей: побрататься кровью. Ну, вы и побратались.
Через несколько лет то же самое ты повторил уже в президентском клубе на Воробьевых горах. Следы от этих порезов сохранились у Коржакова до сих пор.
И как же хорошо ты ему отплатил за верность! Когда после увольнения он пришел на час на старое место службы, чтобы забрать свои личные вещи, ты устроил настоящую истерику. “Почему Коржаков в Кремле?!! - орал ты. - Немедленно опечатать кабинет, отключить телефон, отобрать машину и удостоверение!”
До самой твоей смерти ненависть к бывшему другу, с которым вы поклялись когда-то на крови быть вместе до последнего вздоха, оставалась такой же лютой. Когда пятеро кремлевских сотрудников – президентские повар, фотограф и врач, а также два офицера службы безопасности – отпраздновали победу Коржакова на выборах в Госдуму, ты их уволил со службы “за появление на работе в нетрезвом состоянии” - случай для Кремля уникальный...
- Хоть бы формулировку другую придумал, - упрекнул подопечного Ницше. - Тебе, значит, как ты любишь выражаться, бухать можно, сколько влезет, твоим собутыльникам – тоже, а этой злосчастной пятерке – нельзя?
- Древние римляне утверждали: “Что позволено Юпитеру, не позволено быку”, - ухмыльнулся ЕБН. Все оцепенели от удивления.
- Гля, с виду дурак дураком, а соображает! - восхитился гэбэшник.
Наступившей минутой молчания воспользовался Фрейд:
- О нынешнем объекте моего психоаналитического исследования – главным образом из-за его внешности и манер – сложилость мнение как о
человеке грубого ума. Это заблуждение, за которое полную цену заплатили все его политические противники, начиная с Горбачева. На самом же деле он в значительной степени наделен природным, остро реалистическим умом. У него отсутствуют всякие иллюзии и заблуждения на свой счет или на счет других. Борис - подлинный мыслитель в том смысле, как это определяет Ницше: “Он умеет воспринимать вещи проще, чем они есть”. Реалистический ум Ельцина способен вычленить суть проблемы из-под всех наслоений, уводящих людей с более изощренным мышлением от правильной оценки ситуации. Поэтому ему в его лучшие годы не было равных в стратегии политической борьбы...
К сожалению, его разум сгубило спиртное. Удивительно, как он поддался этому недугу при своей огромной силе воли...
- А чего вы хотите?! - не вынесла, наконец, душа Бориса позора мелочных обид. - Ну да, я пил давно и много, еще со времен строительной молодости. А чего тут удивительного? Все строители бухают! Ритм, в котором я существовал, был бы невыносим для любого. Я начинал работу в восемь, а заканчивал не раньше полуночи. Весь день был заполнен постоянными встречами, совещаниями, поездками, выступлениями. Моя “шахматка” - ежедневный график – разбивалась на каждые 15 минут.
Мне требовалось постоянно снимать стресс, отходить от дел, забываться хоть на короткое время. И нет здесь средства лучше выпивки! Наркотиками-то я не баловался! А седативные препараты просто помогали переносить боль! Что касается работы... На всю жизнь запомнил один анекдот:
- Иванов, ты после поллитры работать сможешь?
- Смогу.
-А после литры?
- Работать — нет, а руководить смогу.
- Согласен! - подал реплику Фрейд. - Спиртное – лучшая сублимация для россиян! В старости русский человек опирается на палку, в несчастье — на штопор. В результате алкоголизм стал стадией общественного развития между эпохами социализма и коммунизма. С другой стороны, вреднее всего пить, чтобы забыться. Ибо можно очень легко забыть момент, когда надо бросить пить!
Экс-сотрудника спецслужб снова перекосило от злобы, что его перебили, тем не менее от ругани он воздержался и опять стал говорить по делу:
- Когда, уже после избрания председателем Верховного Совета, Борис Николаевич начал формировать свою службу безопасности, меня вызвали на “смотрины”. Отбор проводил ельцинский помощник Валентин Мамакин.