- Это — не летний месяц, а римский император, жил на рубеже старой и новой эр, - подсказал Фридрих. - Его прозвище, точнее титул, вошло в мировой календарь.
- Да ну?
- Кентяра истину базарит, - авторитетно подтвердил Ельцин.
Швейцару надоел чужой исторический экскурс, и он пустился в свой собственный:
- Так вот, знаешь, почему знатный, но бедный Октавий стал всесильным Августом? Потому что его толкал в зад сам Юлий Цезарь!
- Не взад я его толкал, а вверх! - сделал поправку величайший из римлян, от своих легионеров получивший прозвище «муж всех жен и жена всех мужей». - Завидуешь, пролетарий сексуального труда? Могу и тебя толкнуть!
- Ой, как здорово! - восхитился садомазоцербер. - Это же моя голубая (вдвойне!) мечта! Одним махом... ну, не одним, несколькими десятками махов тазом Цезарь подбросит меня на вершину гей-иерархии!
- Здесь вам не земля! - взревел бешеным слоном Люцифер. - Это там можно стать кинозвездой или лордом, если позволить вышестоящему воткнуть себе в гудок (совершить анальное сношение). Ты — просто бельмондо (сумасшедший), если думаешь, что в пекле из манечки превратишься в глиномеса, коли тебе Цезарь под кожу вдует. Случаем, ты в натуралы обратно не хочешь?
- Не, я в детстве уже был натуральным блондином, а потом поработал на ТВ — и стал натуральным геем. А может, ты сам, Хозяин, мне вдуешь? У меня зад — волнующий!
- Размечтался!
- Ой, какой ты противный...
- От такого комплимента не откажусь! Однако базаришь ты много не по делу... Слушай, а давай я тебя бабой сделаю?
- Не в кайф! Мое место здесь, в гей-клубе!
- У параши твое место!
- Параша, кажется, старинное русское женское имя? - блеснул лингвистическими познаниями немец.
- Ага! - согласился Сатана и смачно заржал.
- Не, я баб чисто конкретно не люблю! Пощади, Хозяин! - зарыдал швейцар, но как-то вяло.
- Ладно, гитарой (женским половым органом) одарять не буду. Однако и не помилую. Приговариваю к наказанию: две сотни лет пребывания в женских банях...
- Как прикажешь... - изобразил печальный вздох объект дьявольской разборки — как показалось Ницше, не очень убедительно. Это заметил и Повелитель мух.
- Отставить! - скомандовал он сам себе, словно генерал — связистке, принявшей неудобную для него позу. - Пургу ты гонишь (притворяешься)... Это для активного педрилы — кара, а для тебя — самый кайф, ты ж секелишь…
- Чего он делает, Ваше адское величество? - не утерпел Фридрих.
- Выражаясь твоим высокопарным штилем, феминопритворяется...
- Это не высокий стиль, с Вашего позволения, а жалкие графоманские потуги! Почему не сказать точно и просто: корчит из себя женщину?!
- Ух, какие мы, философы, обидчивые и дерзкие! Где уж нам до ваших литературных парнасов долететь, мы-то книг не сочиняли! Кстати, зря... Скольких писак я вдохновил на шедевры! В ближайшие же пару столетий займусь... А пока решим, что делать с секелем-натуралом... Или натуралкой? Вот же поистине чертов язык! Ага, придумал... Значит, так: будем срочно тебя лечить — делать из тебя настоящего мужчину!
- В армию, что ли, отправишь? - с неподдельным интересом вопросил наказуемый.
- Пуркуа бы и па? - как не говорят французы. Люди в мундирах, как, впрочем, в кольчугах и латах, подобных тебе весьма ценят и очень активно – ха, ха - пользуют! Приговариваю тебя к ста годам пребывания в спартанской армии!
- Почему именно там? - шепотом осведомился у своего гида его подопечный.
- В античной Спарте все поголовно воины были педерастами, к женщинам их допускали лишь в возрасте тридцати лет — для продолжения рода.
- Ну ни хрена себе! - отреагировал ЕБН — и замолк под злобным взглядом Дьявола, коему посторонняя болтовня мешала закончить оглашение приговора.
- Однако не радуйся! — Сатана огорчил повеселевшего было достанкинского привратника. - Во время этого служения (какое точное словечко я нашел, а, Ницше!) по три... не... по пять раз в день у тебя будут менструации...
- Это анатомически невозможно! - попробовал отбрехнуться несчастный.
- У меня в инферно, как у Ельцина в России, все возможно! И это, и еще фригидность, совмещенная с бешенством матки! Пять... нет, десять абортов ежедневно! И не забудем про роды... Еженедельно! И не говори мне, что мужчины рожают только идеи, у меня здесь они производят на свет все, что я захочу! Так-так... Что еще? Ну, конечно, по два часа каждые сутки на гинекологическом кресле, истерики, головные боли... Страдания по поводу отказа в покупке шубы — на регулярной основе... Причем соседним манечкам всякие манто с кантами будут дарить!
- Пощади, Хозяин! - на сей раз секель зарыдал непритворно.