«Профессор права» выступил в свою защиту:
- Я всегда любил цитировать Святослава Рериха: «Чем выше идеал, тем больше псов его облаивают». Но делал из этого высказывания знаменитого художника совершенно неожиданный вывод: «Если нет идела, то и лаять некому!» В данном случае идеал есть -я ! Есть и псы! Почему ты, Шутов, включаешь меня в криминальные слои, против которых я всегда воевал?
- Вранье! Ты говорил лично мне, что «... усиление борьбы с преступностью нужно лишь имитировать, и вообще с ней эффективно бороться не следует. Ею нужно пугать население, давая постоянно понять, что только существующая власть способна защитить всех от ее разгула, и чем сильнее разгул, тем безропотнее будут жаться к властям налогоплательщики». Поэтому власти «... периодически действительно нужно будет симулировать для отвода глаз свои достижения. Например, эффективный показательный арест какого-нибудь сверхизвестного прохвоста. Прохвост в тюрьме — народ в восторге, и работа налицо».
Я, помнится, тогда возразил: «... Да! Но таких известных мало, и они, надо думать, опытны, умны и осторожны, поэтому вряд ли дадут законный повод для ареста».
- «Опять не дотягиваем до уровня понимания задач, - заметил ты, с сожалением взглянув на меня, как на несвежий кусок говядины. - Главное, чтоб прохвост был, ну а повод всегда найдется! Ибо периодически нужно сажать всех известных преступников. Ну, а если таковых не окажется, то при помощи прессы создавать новые имена и потом сажать этих».
- «А кто же сумеет доказать, что они преступники, или снова обман ради обмана и старый судебный произвол? А как приоритет права, о котором постоянно всем внушают?» - не унимался я.
- «Если за основу принять, что преступления совершают преступники, то, как следствие, сперва нужно назвать кого-то преступником, а уж затем искать сами преступления. Эта мысль, воплощенная в жизнь, во-первых, сильно упростит следствие как таковое; а во-вторых, сведет к минимуму трудности с отправлением закона при судопроизводстве. Реализацию этого проекта нужно совместить с желанием градоначальника карать своих врагов, для чего все правоохранительные органы в городе должны быть полностью в руках главы. А чтобы судейские и разные прочие прокуроры никаких вольностей себе не позволяли, необходимо вообще всю эту махину так называемого правосудия подчинить подведомственному лишь городскому голове очередному комитету, или как он еще будет там именоваться... В общем, выходит что-то похожее на «демократию закрытого типа» с ограниченной определенным кругом лиц ответственностью, где хозяин города может карать кого ему будет угодно, независимо от желания либо нежелания, к примеру, судей».
- А как же закон?
- Запомни! Закон — это право сильного! - подытожил Собчак с наркотическим блеском в глазах. - И еще: все вышесказанное касается лично уголовной преступности, но отнюдь не попыток коммунистического реванша! Если же их лидеры попытаются мобилизовать народ против «демократии», то новой власти нужно будет решительно с ними кончать!
- Как кончать — с массовыми жертвами представителей этих классов или без них?
- Это уж как получится, - бросил Собчак. - Во имя большого нередко приходится жертвовать малым. Скажем, во имя демократии необходимо поддерживать национальные правительства бывших союзных республик. Однако они не хотят иметь дело с русскими.
- Да ведь в большинстве из них русские составляют чуть ли не половину населения! - перебил его я.
- Неважно! Здесь нужно добиться компромисса, о котором я говорил во время своих выступлений в Прибалтике. .. Вместо безоговорочного изгнания следует создать временные резервации для русского населения на территориях прибалтийских республик. Заметь, как хорошо я запомнил тот наш спор!
- Затем ты многословил различными идеями государственного обустройства постсоветского периода в России, где нужно будет постоянно грабить население и периодически кое-кого убивать, дабы люди не думали, что о них новые власти перестали заботиться. Твое выступление было восторженно встречено, если так можно сказать о прибалтах», - съязвил Шутов.
- Весьма спорное мнение, - покачал фантомной головой Ницше.
- «Если в проводники избрать свинью, то путь неминуемо приведет к помойке», - усилил высказывание немца бывший помощник питерского мэра. - А вы бы послушали бредовые идеи нашего профессора, кои он мне однажды в порыве откровенности выложил!