Выбрать главу

- Странно, - удивился ЕБН. - Про Гитлера же писали, что он – импотент, а потому не может иметь детей. Какой-то его личный медик утверждал, будто у его пациента только одно яйцо... Я ему сразу не поверил: ведь у Адольфа брата-близнеца не было... А Гитлер, оказывается, и ребеночка заделал этой французской шлюшке, и до баб был охоч...

- А при чем здесь это? - теперь изумление выразил уже Ницше. - Какое отношение наличие близнеца имеет к деторождению и сластолюбию?

- Ну, панимаш, есть же термин: однояйцевый близнец...

- Интересный у русских подход к сексуальным проблемам, - прокомментировал Фрейд. - У вас есть фольклорный герой...гм, скорее антигерой, Кощей Бессмертный. Мне один ваш соотечественник рассказал, что у этого злого волшебника не было детей, потому что он с рождения обладал всего одним яйцом, да и то находилось от него за тридевять земель... Никак не пойму, к какому комплексу этот архетип отнести? Может, Гитлер – это и есть воплощенный в жизнь типаж Кощея Бессмертного? И потому ему тоже однояйцевость приписали? Кстати, на вашем телевидении была передача, где его пытались гомиком представить...

- Недоумеваю, Адольфушка, почему тебя еще и в скотоложестве не обвинили! - захохотал Дьявол. - Ты ведь собак куда больше людей любил, целовал своих оачарок в лобик на публике!

- Ну вот еще, - обиделся фюрер. - Мне своих настоящих грехов хватает, зачем мне выдуманные...

- Это ты зря, - серьезно сказал Сатана. - Грехов, как и денег, и баб, никогда слишком много не бывает. Нет предела несовершенству. Это я тебе авторитетно говорю!

- А как, кстати, обстоят дела на амурном фронте у нашего потенциального орденоносца? - «перевел стрелку» с любимого шефа на российского экс-президента Геббельс, который искренне преклонялся перед Гитлером и не изменил ему ни в последние дни жизни, ни даже в аду. - Что там говорится в его досье, Гелен?

- По показаниям одного из его студенческих друзей, «Бориса женщины обожали». Большую взаимную симпатию вызывала у Ельцина его лечащая молодая докторша. Журналисты как-то обнародовали историю, когда Борис Николаевич с загородной обкомовской дачи отправился провожать заезжую актрису в гостиничный номер и был застукан ее мужем в пикантный момент: «веселый» после застолья первый секретарь стягивал с деятельницы высокого искусства ее длинное театральное платье. И с моста он свалился во время похода «налево».

Наша разведка установила весьма любопытный факт. Жена этого, профессионально выражаясь, объекта, находящегося в нашей оперативной разработке, даже не пыталась бороться с пьянством мужа...

- Почему бы? - Гитлер, который начал приходить в себя после обсуждения его внебрачных связей на импровизированном нацистском партсобрании (оно, как убедился Ельцин, было таким же, как в КПСС), казался заинтригованным.

- Потому что бороться со мной бесполезно! - огрызнулся ЕБН. Гелен его – неожиданно – поддержал:

- Да, это – само по себе занятие весьма неблагодарное. Но имелась и еще одна – весьма необычная! - причина. Пусть выскажется его мать Клавдия Васильевна.

- Когда Боренька «принимал на грудь», он сразу же «терял интерес к противоположному полу». А он у меня был красавцем!

- Подтверждаю, что истинно мужская стать, импозантность, видимая невооруженным глазом сила и высокое общественное положение объекта разработки вызывали повышенный интерес у дам, - согласился генерал-разведчик.

- Хватит брехать-то! - затравленным зверем огрызнулся ЕБН. - Что вы на меня напраслину возводите!

- Стыдитесь, герр Ельцин! Вы были офицером, пусть и запаса, и Верховным Главнокомандующим. Тем не менее ведете себя неискренне. А ведь «неискренность есть признак нехватки мужества, и поэтому она затрагивает честь офицера... Ложь из соображений личной выгоды на суде офицерской чести есть признак бесчестного образа мыслей». Я подумывал над тем, чтобы наряду с орденом присвоить Вам офицерский чин вермахта. Не выше лейтенанта – на большее Вы не тянете. Но Ваше пристрастие к адюльтерам заставляет меня пока отложить свое решение. Ведь «... брак как основа семьи есть залог жизни и будущего народа. Сохранение в чистоте его устоев есть нравственный долг. Офицер, который уже в силу своего знания и положения является представителем руководящего слоя, через безупречное поведение обязан стать как бы эталоном нравственности и стремиться претворить в жизнь этот принцип в своей семье. Прелюбодеяние и разрушение чужой семьи есть осквернение чести, а измену собственной жене следует в общем и целом дополнительно квалифицировать как вероломство».

- Я от бесноватого фюрера выслушиваю проповеди о супружеской верности?!