Появился Дьявол в обличье ворона и накаркал:
- Рано радуешься!
...Помолодевший Гитлер рисовал красивую обнаженную девушку в непристойной позе и занимался с ней любовью. Оба выглядели необычайно счастливыми. Фашистские вожди (кроме Геббельса) хихикали и показывали пальцами. Фюрер стушевался, Ельцину было стыдно наблюдать за чужим интимом.
- Что-то непохожа эта девка на Еву Браун, панимаш! - задал вопрос в форме утверждения ЕБН.
- Это – племянница фюрера Гели Раубал. Она была ближе ему, чем даже Ева. Здесь есть, как сказал бы мой друг Фрейд, признаки сильной, по меньшей мере латентной сексуальной зависимости.
... 18 сентября 1931 года около трех часов дня будущий повелитель Третьего рейха покинул квартиру, которую снимал для себя и своей любимой племянницы на улице Принцрегентенплатц в Мюнхене. Перед домом уже стоял черный «Мерседес». Прежде чем открыть дверцу автомобиля, он быстро обернулся и кивнул Гели, смотрящей в окно, потом сел в машину, надел кожаную кепку и подал знак к отправлению. Племянница сразу же помчалась из своей комнаты в спальню дяди, по дороге столкнувшись с поварихой Анни Винтер, которая удивилась тому, как сильно возбуждена девушка. Спустя некоторое время Гели вышла из комнаты, поспешила в свою спальню и заперлась там. Анни еще ломала голову над тем, что искала хозяйка в покое Гитлера. Но догадалась она лишь на следующий день: это был его пистолет.
Гели колебалась. Еще раз подошла к окну и посмотрела вниз на улицу. На ее письменном столе полиция нашла позже начатое письмо одной подруге в Вене. Девушка сообщала в нем о запланированной поездке в столицу Австрии. О планируемом самоубийстве там не было ни слова.
Гели села на диван, взяла пистолет и приставила его к груди напротив сердца. Около пяти часов вечера она нажала на курок. Пуля из пистолета «Вальтер» калибра 6,35 миллиметра не попала в сердце, а прошла над ним, задела легкое и застряла в левой части спины, на два сантиметра выше бедра. Гели упала лицом на пол, прямо перед софой.
В момент смерти племянницы Гитлер ехал в машине в направлении Нюрнберга. Там он заночевал в отеле «Дойчер хоф». На следующее утро наци № 1 продолжил поездку, конечным пунктом которой был Байройт. Но туда будущий фюрер в тот день так и не добрался.
19 сентября 1931 года Анни Винтер вошла в комнату хозяина и заметила, что его пистолета в открытом шкафу, где он всегда лежал, нет. Тут женщина вспомнила, как возбуждена была Гели накануне, подозрения вдруг овладели ею. Она кинулась в соседнюю комнату посмотреть, все ли в порядке с Раубал. Но ее дверь была заперта. Винтер подняла на ноги своего мужа. Тот также постучал пару раз в дверь Гели, однако ответа не услышал. Тогда он взял отвертку и взломал замок.
Георг Винтер: «Когда я открыл дверь, я вошел в комнату и нашел труп Раубал, лежавший на полу. Я поспешил к телефону и позвонил в дежурную часть 5-го полицейского участка. Два комиссара из отдела убийств поспешили на место происшествия. Сразу после них прибыл полицейский врач и осмотрел рану. На лице Гели он обнаружил темные, синеватые трупные пятна, которые свидетельствовали о том, что Раубал скончалась от асфиксии, прижавшись лицом к полу, и пролежала в этом положении 17-18 часов. По мнению врача и полицейских, это было самоубийство».
Спустя несколько минут после того как Адольф выехал из Нюрнберга, в «Дойчер хоф» позвонили. Служащий отеля сел в такси и помчался вслед за «Мерседесом» Гитлера. Спустя небольшое время тот уже знал, что случилось с его любовницей, и велел своему шоферу развернуть автомобиль и мчаться назад в Мюнхен. По дороге машина попала под контроль скорости: два полицейских в районе Ингольштадта в 13 часов 37 минут позже установили, что «Мерседес» несся со скоростью 55,3 километра в час – почти в два раза больше разрешенной. Почти в то же время от дома на Принцрегентенплатц медленно отъехал катафалк на Восточное кладбище. Там находившийся в цинковом гробу труп Гели перенесли в зал траурных церемоний.
Гитлер велел отвезти себя домой. Приехав, он сразу отправил посыльного в полицейскую дирекцию и велел ему передать стражам закона, что он находится в их полном распоряжении. Спустя полчаса в его квартире появился обер-комиссар криминальной полиции и записал его показания. Адольф рассказал о запланированных для Гели уроках пения в Вене, о ее страхе перед первым выступлением в качестве певицы. Он также вспомнил, что племянница однажды участвовала в спиритическом сеансе. Толчки стола будто бы поведали ей о том, что она умрет не своей смертью.
21 сентября юридические органы выдали покойную для погребения. Спустя неделю полицейская дирекция Мюнхена представила свой окончательный отчет. Никто не подавал заявления на вскрытие тела, и потому оно произведено не было. По желанию матери ее мертвая дочь была удивительно быстро перевезена в Вену.