Весёлая прогулка вдаль по лезвиям вершинЛюдишки не умнее вычислительных машинРаскладывают спектр эмоций, сердце холодяА я бросаю пламя привокзальным площадямСнежинки тают в воздухе – несметное числоЯ еду в скором поезде вперёд от ваших словНерпы Охотского моря просят: «Скорей!»
Я помню свой шаг в сторону от вас, таких живыхИз клипа разноцветного – в кино сороковых,Когда часы кремлёвские забыли ход назадЗвезда неразделённая светила мне в глазаЗвезда мне пела песню о тропической реке,Меня не будет рядом – я сегодня вдалекеИ нерпы Охотского моря просят: «Скорей!»
И можно делать вид, что нет меня – есть только мыИграть со мною в стены галактической тюрьмыЗакрой за мною дверь, как выражался Виктор ЦойНо смерти нет и жизни нет – всё замкнуто в кольцоДевчонка в белом платье в отражениях витринИ «Господи прости» не катит.Господи, смотри!Нерпы Охотского моря просят: «Скорей!».
Обладать и принадлежать
Сегодня здесь белое небоИ чёрные облакаГибнет древнее племяНа страницах черновика.Два обладанья без принадлежанияВходят в пустое бетонное зданиеСтреляй, охотница в белом! Не дрогнет рука
Снова потерян пеленгБудем жить, всё на свете забывПусть улыбнётся лемминг,Принося цветы на обрыв.Спят Рип ван Винкли в небесных чертогахИ не проснутся. Мой милый, не трогай ихНам не уснуть в наркотическом шелесте крыл
Мы проплываем в толпеКак две капли, как белые нерпыДа, наши стрелки в метроНепохожи на встречи на Эльбе.Нам не грозит коронация в РеймсеНо если прыгнуть прямо на рельсыМы будем в небесной дивизии «Аненербе»
И вот так наступает зимаЯ опять улыбаюсь пожарамГреющий снежный покров —Компенсация за Wanderjahren.И в телефонной трубке сигналыВсё будет снова, всё будет сначалаЛьвёнок выходит к неоновым тротуарам
И напоследок один,Но необходимый советНадо ли знать тот мотив,Где я вижу итог своих лет?Каплей дождя на теле любимойЯ отражаюсь в небесных витринахА ничего, кроме этого, просто нет!
2000
10.000 км тишины
Любовь и тайна в глазах лисицыКто смеет с этим не согласиться —Того ждут тюрьмы, концлагеряКогда над властью взойдёт заряЛюбовь не вправе мешать изменеНе станет тайны в век откровенийЗаводы сгинут за тканью травМы скажем: «Оруэлл был не прав!»
Нас будут ждать стремительные скакуныИ 10.000 километров тишины…
Любовь и тайна в реке МиссуриКак два тюленя навстречу буреПлывут к рассыпанным в прах снегам,Конкретизируя свой СангамВ Сангаме свет над железной волейКак можно меньше. До львиной долиЖидяра, сдохни! Живи, Еврей!Не надо песен! Играй, Орфей!
Любовь и тайна в крови мангустаТри счёта в банке. На каждом пустоНикто не стоит моих причудВам боль и слёзы, мне – ГолливудВойны не будет. Да будут войны!Надменный взгляд у коровы дойнойЯ объявляю сухой закон —Пойдём приделаем литрикон
Любовь и тайна в когтях пантерыМы дети снега и стратосферыИ если что-то произойдёт —Да будет солнце. Да будет лёдСегодня праздник потерь и бедствийБоль без причины. Добро без следствийНо на исходе прошедших днейМне кто-то скажет: «Тебе видней!»
Белый юг
Какой леденящий воздухХолодный заснеженный паркС утра и до вечера водкаЭто уже трейд-маркКлетка вселенского zooПатруль и ещё раз патрульХэй, моё Ватерлоо, —Улетающий вдаль июль
Взмах крыльев, успокой печальный драйв бетонных сот!Нам никакого дела нет до тех, кто нас спасётИ нуль-транспортировка завершает первый кругИ Акка Кнебекайзе держит путь на Белый югНа Белый юг…
Все обручальные кольцаНе более, чем металлКогда ты был комсомольцем,Об этом ли ты мечтал?Деревья в рассветном трауреНо рассвет не наступит ужеИ дом наш стоит, как ТауэрНа финишном рубеже
Прожжены сигаретным пепломРазноцветные свитераСогретое северным ветромВчера прошло на ураВсё ближе, ближе и ближеВариант свалить за кордонРусский сезон в ПарижеМой карманный Армагеддон