Сглотнула выскочивший комок нервов обратно в горло. Тяжестью ударило где-то в желудке.
Она ходила очень долго, но усталость не отгоняла страха.
Птица снова высунула голову и повторила ласковое "ур-ру" громче, настойчивей.
На этот раз она не успела заставить горлицу замолчать.
Как луч надежды, как солнечный блик в кромешной тьме ночи, послышалось лошадиное ржание. Крик лёг на язык, но не вырвался дальше - она боялась привлечь кого-то своим голосом. Кого-то страшного, облепленного чёрной шерстью, с обмазанными пенящейся слюной клыками.
А дальше - огонёк жизни. Мужской голос и стук камней, из которых выбивали искру.
Надежда придала сил, тяжесть в желудке пропала и ненадолго прекратили течь слёзы. Грязевая ловушка не смогла остановить её коротких перебежек от одного дерева к другому. Туда, дальше, ближе к медленно разжигаемому костру, всполохами отгонявшему мрак и страх между кустами колючей расторопши.
Ребёнок, летевший в беспросветном мраке к огню, с зажатой в руках птицей цвета пыльной гальки. Всё ближе и ближе.
Расторопша цеплялась за одежду, тянула её назад в какой-то немой панике, стараясь не пустить к голосам и свету, к теплу и испуганному ржанию лошадей. Крупные фиолетовые бутоны падали со стеблей и цеплялись за дорогой плащ и подол королевского платья, придавливали к земле и ранили худые девичьи ноги. Птица нервно билась ей в пальцы, словно толкая вперёд, несмотря на сопротивление зелёных кустов с рассыпанными на их верхушках фиолетовыми цветами.
Она пробиралась боком, прятала за плечами лицо, боясь лишиться глаз. На губах зрела какая-то мученическая улыбка.
Потом её схватили за руку и выдернули из западни.
Она упала на живот, выпустив своего маленького попутчика. Птица упала перед лицом, поднялась на лапки, волоча сгнившие кости с белой россыпью червей, некогда бывших крылом. Повернулась к костру боком и тут же спряталась куда-то обратно, в заросли, моментально скрывшие её под резными листьями.
Ребёнок поднял голову, вперился взглядом в жаркое пламя перед собой. Улыбнулась снова, не обращая внимания на ошмётки грязи, прилипшие к лицу. Потом были окружившие её путники.
Двое мужчин, сидевших на поваленном дереве и их же трое коней, привязанных к низким веткам за их спинами. Третий, выдернувший её из кустов, стоял рядом.
Один сплюнул в огонь и посмотрел ей в глаза словами безнадёжности:
- Богато. Ты откудава такая?
Она села на колени, упираясь руками в землю.
- Из... - дыхнуло жаром ей в лицо, из кустов за спиной послышалось знакомое "ур-ру", взволнованное и встревоженное, - Инари...
Все трое счастливо улыбнулись, скривив губы и показывая жёлтые зубы.
- Инари, кажешь...
Стоящий рядом схватил её за плащ, поднял к лицу, рассматривая дорогую вышивку. Ткань потянула её за собой, придушила. Она встала на немеющие ноги.
Кусты с опасно-фиолетовыми цветками зашуршали злобно.
- Много дадут? - держащий её за плащ показал ткань другим, - Золото.
- Много. Вяжи девку.
Осознание вылилось новыми слезами, на этот раз кричать было не страшно. Лесные монстры, дикие жители Нави, обитающие в этих лесах, оказались не такими опасными, как трое полукровок, детей непонятного смешения крови.
Закричала, понимая, что лучше кинуться к бааван ши. Крик разлился по лесу, прогоняя ночной туман и встревожив дремавших птиц, взлетевших чёрными точками на фоне бледных звёзд.
Она сняла с себя плащ, за который её держали, достав из фибулы иглу. Мысль мелькнула моментально, даже не успев поддаться чёткому анализу рассудка. Казалось, что её шепнули ей тёмно-зелёные кусты.
"Бей! Беги!"
Попыталась развернуть и воткнуть иголку в ногу мужчины. Но наивная безрассудная попытка обернулась трагедией.
Он схватил её за руку, легко обездвижив и больно сжав запястье. Девочка вскрикнула, выронив единственное оружие на землю. Потом ударили по лицу и она упала, приложившись затылком. Ненадолго потеряла зрение, картинка перед глазами расплывалась в белёсом мареве слёз, страха и ноющего затылка. Чёрные грязные ошмётки - три лисьих хвоста, подтянулись ближе к пояснице, оборачиваясь вокруг её дрожащих коленей.
Мало что различая, поползла обратно, дальше от надвигающейся чёрной тени, по рукам которой танцевали мелкие всполохи от напуганного резкими движениями костра.
Совсем забыла про сидевших за ёё спиной.
Кто-то схватил за волосы, уткнул её лбом в землю и придавил ногой. В спине что-то больно хрустнуло, защипало. От висков болью стягивало к затылку.