С каждой поднятой характеристикой, так или иначе связанной с его сознанием, Константин всё больше и больше начинал ловить себя на… разных мыслях.
Мысли текли всё лучше и более складно, в голове начинали появляться концепции, к которым он вот так никогда бы не пришёл. Пусть общее… направление его мышления оставалось неизменным с самого начала, он просто не мог оставаться прежним, путей решения тех или иных проблем становилось больше.
Сначала он переосмыслил поведение окружающих его существ, перестав относиться ко всем событиям, как к простым «квестам». Продолжал же он называть квесты так лишь из-за привычки.
Затем он переосмыслил казуальство. Начал тоньше улавливать настроения окружающих его существ, что не могло не напрячь мужчину. Осознание проблем не решало их, лишь влияло на психологическое здоровье несчастного казуального хардкорщика.
В последние же дни, охотясь на тварей с Миллисентой, поглощая просто огромное количество рун бесчисленных живых и мёртвых созданий, катком прокатываясь по Звёздным пустошам, происходило новое изменение.
Возможно, он был единственным Погасшим, который за столь короткое время лишил жизни стольких существ. И уж тем более он был единственным Погасшим, способным столь чудовищно эффективно поглощать и направлять руны в себя.
Про постоянно подпитывавшие его Великие руны, ключи к изменению всего Междуземья, и говорить было нечего.
— Я давно хотел попробовать одну молитву, но у меня не хватало казуальной энергии на её использование, — произнёс будто бы в никуда мужчина.
«О чём… о чём ты…»
Грейолл не понимала, о чём говорило невозмутимое существо перед ней.
— Теперь у меня её хватает и я чувствую, что могу её использовать. Я хочу попробовать тебе помочь.
Грейолл готова была рассмеяться от заявления спрятавшегося под личиной человека существа, но по многим причинам не могла. Драконица не верила в то, что ей могли помочь.
Взгляд мужчины неуловимо изменился. Было видно, что он стал очень задумчивым.
— Проблема в другом. Я начал смотреть на «молитвы» и «чары» иначе. И на свою силу — в том числе.
Из-за появления Миллисенты уроков с Селленой стало меньше, но мужчина и без того уже осознал главный принцип казуальства в виде визуализации.
Разве он не занимался этим всё время? Его сила, очевидно, отличалась от той, которой оперировали казуалы. Но это не мешало ему с похожими эффектами визуализировать то, что он «знал».
Не слишком задумываясь над тем, что он делал, мужчина успешно занимался казуальством. Теперь же, когда странные мысли сами начали лезть ему в голову…
Он не потерял возможность использовать казуальство, однако начал естественным образом находить… недостатки своего подхода.
Честно говоря, происходящее воспринималось Костей как неожиданное желание углубиться в вырезанный лор, построить несколько теорий, связать то, что никто и не планировал связывать…
Костя начал проходить одну из самых страшных в сообществе соулслайкеров трансформаций, пробудив зачатки великих и ужасных учёных умов (лороведов), чьи многочасовые разборы на ничего не значащие описания случайного бомжатского сета брони захватывали умы казуалов, трайхардеров и даже иногда выбирающихся из подвалов через сломанную коллизию Тех-Кому-Нельзя-Включать-Таймер.
Более того, тут и те, кто не вкусили соулслайки по самые гланды, слышали про этих мудрецов, внезапно для себя становясь частью сообщества и давая себя приобщить к нескончаемым траям, океану боли, преодолений и челленджей.
Оставались ли у кого-то сомнения в том, сколь ужасны были по своей природе учёные умы (лороведы)?..
«Я не понимаю…»
— Для соулслайков это обычная практика, — невозмутимо заметил Костя. — Ты готова к риску?
Скажем так, Константин, как тот, кто пробовал в том числе кровоток с обморожением и увлекался… фармом, чувствовал некоторую вину перед драконицей.
Грейолл, услышав вопрос Погасшего, нашла в себе силы оскалиться.
Риску?
Её существование было сплошным мучением. Великая драконица понимала, что, даже если умрёт, в каком-то виде её страдания могут продолжиться: не менее гнилой Золотой Порядок, в котором не было места Предначертанной Смерти, просто не позволит ей освободиться полностью.