В этом просто не было смысла. Миллисента вновь увидела Это.
Перекаты!
Пусть не настолько идеально, не настолько отточено и грациозно, но воин-чародей иногда перекатывался и, как и в случае с одним небезызвестным Погасшим, атаки просто проходили сквозь Топса, уничтожая противника не только физически, но и морально.
С учётом же того, что сама Миллисента никуда не уходила, исход битвы был предрешён ещё с самого момента появления воина-чародея.
— Восславь Солнце!!!
Встав над трупом поверженного противника, прямо на глазах сгорающего в чёрном, неестественном пламени, Топс закричал, подняв руки к Солнцу.
Не знай она, от кого пошло восхваление Солнца, и красноволосая воительница могла бы начать серьёзно переживать, но…
Услышав хорошо знакомое восклицание, девушка лишь улыбнулась, стряхивая с клинка кровь.
— Ты очень помог мне. Спасибо тебе, отважный воин! Прошу, если представится возможность, обратись ко мне за помощью и я обязательно тебе помогу. Для меня это единственный способ выразить свою благодарность.
— Не стоит, — сурово произнёс Топс. — Я обязан был вмешаться в тот самый момент, когда почувствовал Солнце!
Полуголый мужчина вновь поднял руки к Солнцу.
Миллисента удивлённо опустила взгляд вниз, на краю сознания и впрямь чувствуя какую-то странную связь с воином-чародеем. Константин совсем не пожалел своей силы, лишь желая ещё немного облегчить участь девушки, но такого исхода он точно ожидать не мог.
Девушка неуверенно сжала протез.
— Эти твои… перекаты…
— Собака говорила, что этому невозможно обучиться, но я продолжал верить в благословление Солнца, — сурово сжал кулак Топс. — Каждый день я сражался, посвящая свои победы Солнцу, и в один момент почувствовал!
Воин-чародей сделал показательный перекат. На первый взгляд — самый обычный. Но Миллисента, всеми силами вглядываясь в него, прислушиваясь к странной силе внутри себя, действительно могла сказать, что это был далеко не обычный перекат.
— Я-ясно… Ты сказал про какую-то «собаку»…
Воин-чародей вздрогнул, хлопнув себя по лбу, неожиданно неловко улыбнувшись.
— Прошу прощения… Возможно, так велит мне Солнце, но я почему-то начал иногда воспринимать черепах собаками, мне ужасно жаль…
Топс немного задумался.
— …не только черепах… Просто черепах — чаще всего…
К сожалению, понятнее ситуация для девушки не стала.
— Я… я думаю, что поняла…
Увидев реакцию воительницы, Топсу стало ещё неудобнее. В отличие от Константина, он ещё не мог похвастаться такой же толстокожестью, несмотря на весь свой прогресс.
— Учитель сказал, что у него такими темпами закончится небесная роса, поэтому он отослал меня прочь…
«Черепаха — учитель?» — моргнула Миллисента.
Всё же, Междуземье — удивительное место!
Мёртвые танцовщицы совсем не обратили внимание на то, что контролирующий их культист пал, продолжив свой нескончаемый ритуальный танец. Ни Миллисента, ни Топс не стали их трогать.
Немного исследовав деревню, так и не найдя ничего ценного, воительница и воин-чародей собирались разойтись.
— Мне нужно продолжать сражаться! — сурово произнёс Топс. — Прошу, если встретишь Константина, передай ему мою благодарность. Если бы он не повлиял на меня и не рассказал про Солнце, то, чувствую, даже окажись я вновь в Академии, мог умереть от истощения, так и не исполнив свою мечту, ха-ха! Но теперь я полон сил и надежды! Я его вечный должник!
Миллисента, улыбнувшись, кивнула.
Девушка имела похожие мысли. Долг и благодарность, которые она испытывала к мужчине…
Пожалуй, бессмысленно вновь думать об этом. Не стоило упоминать, что она испытывала уже далеко не только долг и благодарность, но и более сильные чувства, которые, к несчастью, не могла выразить. Гниль ни на миг не покидала её тело, и даже огромное количество силы мужчины смогло лишь ещё немного купировать эту дрянь.
У неё появилась надежда, что обладающий выходящей за рамки возможного силой Погасший сможет решить и эту проблему, но для Миллисенты это всё ещё оставалось далёкой, идеализированной мечтой, что бы Константин ей не говорил.
На протяжении всей жизни чувствуя, как гниль всё больше и больше распространяется по телу, обещая судьбу хуже смерти, тяжело быть оптимистичной.
Девушка тяжело вздохнула, проводив взглядом постепенно удалившуюся фигуру лысого воина-чародея.
Уже собираясь уходить, Миллисента неожиданно остановилась, почувствовав, как тепло внутри неё на миг будто бы… всколыхнулось. Не успев толком удивиться, девушка обернулась, широко распахнув глаза.