— Пока не запустился скрипт безумия…
Блайд только и успел, что что-то промычать, как получил по морде пусть и лёгкий, но удар одного из сильнейших существ Междуземья за всё время, моментально отключившись.
Энергия Константина проникла в голову полуволка, без лишних вопросов вытеснив ту же установку, что и из Маликета.
Принцип закладки оказался таким же.
Удовлетворённый Константин присел рядом с отключившимся полуволком, принявшись лениво ждать, пока вайфу решат насущные вопросы. Кажется, это было достаточно важно, чтобы он немного подождал.
«У меня к тебе просьба, Константин…»
Голос Латенны немного отвлёк мужчину от мыслей.
«Что?»
Женщина, наблюдая за тем, как две избранницы короля рвут друг на друге волосы (одна — спектральные, вторая — призрачные), неуверенно пробормотала:
«Прошу, в случае чего убереги меня от их гнева…»
Константин моргнул.
В принципе, это было и так понятно.
Никакого существенного вреда по итогу ни Мелина, ни Ренни не понесли. Мало имея общего с материальным, привести себя хотя бы в минимальный порядок было не так чтобы сложно. Особенно, конечно, Ренни, пронзающей фальшивую служанку Пальцев холодным, надменным взглядом.
Впрочем, и сама Мелина не отставала, всем своим видом показывая, что они не закончили.
— Тебе не нужно было так его сковывать, Мели-Мели, — вздохнул Константин, голыми руками разрывая цепи на бессознательном полуволке.
Тот был для Кости уже далеко не таким громадным, как раньше…
Мелина, совсем не ожидав, что её будут критиковать прямо перед ведьмой, недовольно поджала губы. Про прозвище и говорить нечего…
— Я… учту это…
Ренни, вновь зацепившись сущностью за тело Константина, приобняв его, холодно улыбнулась.
— Тебе повезло, фальшивая служанка, получить милость повелителя.
Услышав, как назвала Константина Ренни, Мелина едва вновь не потянулась за клинком, но сдержала себя.
Справедливости ради, она могла понять, почему до этого… довольно сдержанная в своих высказываниях и действиях ведьма вспылила.
Но… но.
Осознание того, что теперь она будет всюду следовать за её избранником, приводило в ужас.
До её появления всё было так хорошо!..
Так и не дождавшись реакции Мелины, Ренни уже думала было исчезнуть, погрузившись глубже в нематериальность, но её остановила рука Константина.
— Я хочу, чтобы ты кое с кем увиделась.
Ренни только и успела, что удивлённо ахнуть прежде, чем Константин исчез, оставив Мелину и Блайда одних в темнице.
Освобождённый как от проклятия, так и от цепей полуволк, схватившись за голову, медленно открыл глаза.
— Богиня, мне приснилось, что…
Расплывающийся взгляд Блайда уставился на Мелину, что пусть и выглядела нормально, но…
Помятая одежда, немного растрёпанные волосы и небольшой синяк под глазом лучше всего говорили о том, что только что произошло.
Видя взгляд Блайда, Мелина сжала губы.
— Я проведу тебя к Иджи.
Блайд, видя, как невозмутимо вышла из узилища сцепившаяся с его госпожой фальшивая служанка Пальцев, облокотился на стену, с испугом уставившись на цепи.
Единственный вопрос, который преследовал полуволка, был:
«Что… что произошло?»
Его квест, пусть и немного нетипично, тоже полностью подошёл к концу.
Могла ли Селлена облегчить участь королевы Ренналы? Могла. И она облегчила. Чародейка оказалась прекрасной слушательницей, не стесняясь и сама говорить.
Чем больше Реннала говорила и слушала — тем больше понимала, что вечно умирающие и рождающиеся вновь дочери, её милые дети, были неполноценны. Они не могли помочь ей и, в каком-то смысле, лишь усугубляли положение.
Поддавшись внутреннему наитию, передавая руну Погасшему, что, сам того не понимая, дал обезумевшей от горя женщине искру надежды, она быстро вновь утонула в одиночестве, которое теперь не могли скрасить даже куклы.
Реннала слышала их голоса, постоянно чувствовала желание вновь обратиться к силе руны и вновь вдохнуть в них подобие жизни, но не могла.
Детский смех преследовал её, не пропадая даже тогда, когда она закрывала уши и начинала бессильно кричать.
Неожиданная забота вновь пришедшего Погасшего и, что особенно важно, последующее появление Селлены сильно помогли ей, но…
Это не могло исцелить те раны, что испытала королева, лишившись фактически всего.
Зато могла встреча с той, кем Реннала дорожила больше всего. Её милой дочерью, убившей себя самым ужасным из возможных способов.