Теперь ситуация немного изменилась. Ему необходимо было потратить немного времени, чтобы потом больше не возвращаться к этому вопросу. Впрочем, главной его целью было даже не это, а просто желание помочь старику, выковавшему столько оружия для соулслайкеров.
Не говоря уже о том, что без мастера не хотела уходить и вайфу-домоседка, но, судя по всему, она просто в принципе не слишком любила куда-то ходить…
По крайней мере, у неё пропадёт оправдание.
Хью нахмурился, затуманенным взглядом уставившись на молот в руке. Когда последний раз он его отпускал? Чем вообще занимался?
Почему-то полный надежды взгляд обученной им же наставницы духов вызывал у него печаль.
И чего это она переживает?..
— Не разочаруй меня, Погасший…
Сердце Родерики забилось быстрее: надежда. У неё появилась надежда. Но вместе с тем и страх. Она боялась, что желание мужчины вмешаться в процесс создания оружия лишь негативно повлияет на мастера-кузнеца, да и понимала девушка, что будет с её наставником, если оружие окажется случайно повреждено, но…
Нет.
Вскоре она осознала, что зря усомнилась в казуальном хардкорщике.
Ни Погасший, ни мастер Хью не намерены были откладывать работу. Получив последний ключ к прокачке оружия, мужчины отправились в кузню, захлопнув за собой дверь.
Кузница наполнилась ударами молота. Столь громогласными, создающими такие эманации казуальства, что, казалось, вся крепость задрожала, ужасаясь тому, насколько сильно Костя хотел себе ещё упростить прохождение.
В Междуземье понятие времени давно смазалось, потому Родерика не могла сказать, сколько это продлилось. Всё смешалось в удары молотом, что иногда прекращались, но затем возвращались с новой силой. Удивительным образом температура внутри крепости поднялась, и даже огромное скопление благодати крепости реагировало на происходящее, с каждым ударом подрагивая, словно чувствуя, что безумный казуальный хардкорщик собирался создать что-то запретное.
В какой-то момент всё прекратилось.
Родерика не помнила, когда последний раз так нервничала. Духи вокруг пытались успокоить её, но безрезультатно.
Дверь кузницы открылась. Вместе с тем потоки казуальства, до этого сдерживаемые преградой, прокатились по всей крепости. Ноги девушки, попавшей под волну силы, едва не подкосились.
— У… у вас п-получилось?
Она сама не знала, как нашла в себе силы проговорить это, смотря на невозмутимого мужчину.
Костя пожал плечами. В его руке возник, на первый взгляд, практически самый обычный меч.
Но таким он казался до тех пор, пока мужчина не пустил в него свою силу.
Оружие, без каких-либо проблем приняв в себя энергию, из которой же, по большей части, и было выковано, покрылось чистым воплощением казуальства, искажающим вокруг себя пространство.
На лице Погасшего возникли сложные эмоции.
— Это даже страшнее тех сломанных билдов… — вздохнул Константин.
Клинок как раз подходил его нынешнему росту, баланс соблюдён идеальный. Оставалось только надеяться, что он не станет сильно больше, а если и станет, то найдёт способ борьбы с этим.
Во всяком случае, это проблемы будущего Кости.
— М-мастер Х-хью…
Родерика не договорила. Константин повернул голову, увидев выходящего старика, спустя бесчисленные годы лишившегося сдерживающих его цепей. Но не только физически он освободился, но и духовно.
Увидев старика, вайфу-домоседка почувствовала не радость, а недоумение: под глазом кузнеца был такой фингал, что он выделялся даже на фоне его наростов.
Мастер-кузнец Хью, недовольно пожевав губу, прикоснулся к месту удара, зашипев от боли.
— Проклятый Погасший, я думал, что этот удар меня убьёт…
— Я бы тебе не позволил умереть.
— Маричьи округлости, это звучит как угроза! — выругался кузнец, недовольно переведя взгляд на Родерику. — И чего ты…
Но теперь уже кузнец не договорил, оказавшись в объятьях расплакавшейся от счастья Родерики. Проклятие её наставника было снято!
…пусть и не самым обычным образом…
— Глупая девочка… — опешил старик, устало вздохнув.
Кузнец не стал вырываться из объятий, лишь крепче обняв девушку, за короткое время ставшую для него почти что дочерью.
Кто бы мог подумать, что всё обернётся так…
Константин, спрятав воплощение упрощения прохождения в одному ему понятное место, неспешно направился к огромному скоплению благодати, не желая портить сцену. Ему нужно было заканчивать квесты.