Женщина на странице соединилась с одним из мужчин в черных перьях, и ее живот вырос, стал круглым и явно беременным. Через мгновение на странице появился ребенок с серебристыми глазами и черными волосами. Затем еще один ребенок. И еще один. Пока на странице не оказалось по крайней мере дюжины детей — все с темными волосами и серебристыми глазами.
- Это видения давно забытой жрицы. Ты несешь в себе семя нашего будущего. Ты станешь супругой нашего сильнейшего воина, и вы вдвоем породите новое поколение, в жилах которого будет течь кровь Морсаны.
Смех подступил ко мне к горлу, но я его сдержала. - Ты хочешь сказать, что моя судьба — быть сосудом для производства детей?
- Твоя судьба — укрепить родовую линию следующего поколения.
- А если я откажусь?
Ее лицо исказилось в возмущенной гримасе, словно я оскорбила ее этим вопросом. - Почему ты отказываешься?
Я не осмелилась сказать правду, боясь, что она откажется помочь Зевандеру. Что она почувствует, что я уже влюблена в него, и скорее позволит их роду исчезнуть в небытие, чем выберет другого мужчину вместо него. - Я видела другую судьбу.
Ее сжатые брови разгладились, а глаза расширились. Она протянула руку через стол, чтобы взять меня за руку. - Что это? Что она тебе показала?
- Огонь. Черный огонь.
В ее глазах зажегся ужас. - Саблефайр?
- Да.
- Деймос. - Она откинулась на спинку стула, и дым просочился между ее губами и трубкой, пока она жадно курила. - Она сохранила тебя для Деймоса. Жертва, осмелюсь сказать. О, богиня, а что, если она жаждет восстановить род? Чтобы наказать нас?
- Как восстановление жилы может наказать тебя?
Она перелистала еще несколько страниц книги и остановилась на изображении, которое вырвало у меня дух. Существо с рогами и корой на коже. То самое, которое я видела, сдирающим плоть с дяди Рифтина в Лесу Пожирателей. Мах рукой над изображением оживил его, и существо подняло свою костлявую руку, на ладони которой горел сложный рисунок. Оно направило его в пропасть в горах, и на странице вспыхнуло фиолетовое сияние.
Жрица перелистнула на следующую страницу и оживила изображение существа, бросающего пламя в мерцающую стену, окруженную деревьями. Умбравейл, без сомнения. Еще один перелист показал огромное, сгнившее дерево в лесу, из которого выползали сотни пауков. Дерево раскололось, пропуская ужасающего монстра — человекоподобного паука, но не похожего ни на Примсли, ни на дядю Феликса. Нет, этот излучал мрачную и древнюю ауру. Что-то могущественное и потустороннее, от чего по моей спине пробежал дрожь.
Я сглотнула дрожь в горле. - Я видела их. Этих человекоподобных пауков.
- Нет, моя милая девочка. То, что ты видела, — не более чем несколько безобидных монстров, не обладающих никакой силой. Это Пестилиос. Бог. Я была уверена, что Морсана защитит нас от него. Но твое видение говорит мне об обратном. И я не буду оспаривать волю богини.
На моем лице промелькнуло недовольное выражение, и я резко перевела взгляд на нее. - Почему? Ты готова пойти на гибель просто потому, что она так хочет?
- Да. Она — богиня. Всемогущая. Она видит смерть. Она пишет нашу судьбу.
- Ты действительно веришь, что она вернула мою сестру к жизни?
- Конечно. Для смертного нет другого пути вернуться из мертвых.
Сжав губы, я кивнула. - Несколько дней назад Морсана призывала меня убить ее. Я отказалась.
На ее лице промелькнуло скептическое выражение. - Что ты имеешь в виду?
- Я говорю, что, возможно, судьба, написанная богиней, тоже может быть изменена. Может быть, ничто из этого не высечено в камне. Ты говоришь, что я сосуд богини. Тогда поверь моим словам.
- На тебе есть знак. И серебряные глаза. Но твои слова ничего не доказывают. Я не склонна отвергать видения уважаемой жрицы ради пустых утверждений молодой девушки.
Стиснув зубы, я уставилась ей в глаза. - И я не позволю использовать себя в качестве сосуда для младенца, основываясь на рисунках женщины, которую я никогда не встречала.
Ее глаз дернулся, явно от обиды. - Тогда есть только одно решение. Ты должна доказать, что твои слова правдивы. - Она поднесла трубку ко рту, чтобы сделать еще одну затяжку, и выпустила дым между нами. - Сегодня ночью ты покажешь нам, что можешь бросить вызов воле богини.
- Как?
- Тебя бросят в жилу. Если ты выйдешь оттуда невредимой, тогда я приму твои слова за правду.
- Бросят в жилу? Разве она не мертва?
- Да, — сказала она и приподняла бровь. - Но, как и наш народ, ей тоже суждено было воскреснуть из мертвых.