Поборов себя я все же села, осматривая маленькое помещение, в котором оказалась. Стены были сделаны из синего льда и блики яркого солнца заставляли его вспыхивать. Меня положили на шкуры каких-то животных и укрыли тоже ими. В комнате с круглым потолком не было мебели лишь пьедестал из спрессованного снега, но в целом сюда бы ничего больше не вошло.
К входу, занавешенному шторой из шкур, приблизился большой силуэт, и я не глядя начала шарить в поисках оружия, но его нигде не было. Лишь Асазреф.
– Ма’рахакаера, вы очнулись?
– Войдите, – бросила я, стараясь побороть слабость, чтобы быть готовой хоть к какой-то самозащите.
Отодвинув полог внутрь протиснулся нукс из моей армии и сложил щупальца в приветственном жесте.
– Я командующий данным сектором.
– Где я?
– В нашем лагере. Мы получили ваше сообщение и поспешили к месту вашей посадки, но вас там уже не было. Вас едва удалось найти с помощью тепловизоров.
– Где мой груз?
– Все здесь, – он указал на мою импровизированную кровать, возле которой в стопке моих вещей лежал кейс. – Вы мёртвой хваткой держали эту колбу, поэтому я приказал все оставить здесь, чтобы никто лишний раз не видел.
– Спасибо, – пробормотала я, касаясь забинтованного плеча. – Сколько я спала?
– Полтора дня.
Черт… Меня уже точно похоронили. Ну ладно. Устрою им сюрприз.
– Подготовь мне быстрый корабль. Мне нужно на Альфу.
– Лекарь советовал вам постельный режим…
– Выполняй приказ, солдат.
– Есть, – резко ответил он, даже не думая настаивать на своих словах. Сказали – делает.
Да, послушные как собачки… Зато хоть не спорят со мной.
– Доложить на Альфу?
– Нет, – бросила я. – Иди.
Нукс ушел выполнять поручение, а я, скрипя зубами начала медленно натягивать форму, которою, пока я спала в очередной раз починили. В самом низу лежал аккуратно сложенный белый теплый плащ с капюшоном. Встать оказалось сложнее, но опираясь на стену, я кое-как себя подняла и подтянула хвостом кейс. Простые солдаты позаботились обо мне лучше создателя. Даже спасли от смерти. Вот именно поэтому я бы предпочла перелопатить весь фронт, спать на земле в ожидании, что в один прекрасный момент меня просто прирежут враги, чем бывать на Альфе и выполнять прямые приказы.
Обида и злость придавали мне и сил и, возможно, лишь благодаря им я еще жива.
Выйдя из импровизированного госпиталя, я прикрыла глаза рукой, словно козырьком, закрываясь от света двух холодных солнц, попадающих сверху в узкий разлом. Зато снег и лед прекрасно отражали эти крохи света. Все сияло и светилось, нуксы в бронированных белых костюмах ходили по своим делам и лишь на секунду их организованная деятельность замерла, чтобы отдать мне честь.
Холод кусал открытую часть лица и кончик хвоста, но в остальном плащ отлично согревал. Постояв несколько минут, я собралась с силами и побрела дальше на звук двигателей кораблей.
Сев на ледяной выступ я дождалась, пока корабль заправят и подготовят, после чего мне отчитались о готовности и отдав честь рабочие удалились. Вокруг, кроме пары нуксов, никого не осталось, поэтому я тут же села в корабль и уже заученным маршрутом отправилась на Альфу.
Во время полета я не двигалась, не находя в себе сил даже оторвать взгляд от абсолютно пустого черного пространства за окном.
Интересно, знают ли на Альфе, что я жива и сбежала? А если нет? Я ведь могла просто исчезнуть. У меня достаточно навыков и оружия чтобы хорошо зарабатывать наемницей или угонщиком кораблей. Жила бы на какой-нибудь теплой отдаленной планете в приятном уединении.
Но нет. Мне надо приползти назад, словно верной собаке. Принести брошенную палку и сидеть ждать похвалы.
Я ведь обязана Господину этими навыками и силой. Я обязана ему жизнью. Он создал меня, чтобы помогать…
Эти мысли показались такими чужеродными и противоречивыми, что я поморщилась. Обязана жизнью? Он отобрал у меня одну жизнь во имя «моего блага». А новую жизнь готов выбросить в иллюминатор как мусор.
Господин не отбирал у меня жизнь, а помог стать сильнее. Он создал меня, чтобы сража…
Головная боль так резко ударила в висок, что я сжалась в кресле пилота, обняв голову. Я знала, что чип внушает мне мысли и все равно продолжала с ним бороться, зная, что это в лучшем случае закончится повреждением мозга.
– Твою мать…
С каких пор меня вообще устраивает, что мне внушают мысли?
Такими темпами я сойду с ума…