Тамера протянула мне поднос с завтраком, которые зачем-то забирала с кухни, чтобы свести контактирование с другими обреченными к минимуму.
– Извинения приняты, – манерно заметила я. – Рассказывай давай, кого сегодня убиваем.
– Я ожидала хоть небольшого волнения или мучений совести, – задумчиво мурлыкнула Тамера, смахивая пушистым хвостом себе в руку какой-то фрукт.
– Я Ма’рахакаера, приехавшая прямо с войны. Чего ты от меня ожидаешь?
– Бывшая Ма’рахакаера.
– Да и слава богам, – закатила глаза я на очередное уточнение.
– Кстати про богов. Ты так и не сказала, умеешь ли делать какие-то фокусы помимо становления невидимкой. Я слышала, что атлусы способны чуть ли не менять реальность по своему усмотрению.
– Не умею. Не забывай, что я была человеком. Разве что… – я посмотрела в пустоту, разведя уши.
– Разве что – что? – нетерпеливо спросила она.
– Я не горю в огне. Периодически, – вспомнив, как Лео попытался прижечь мне руку зажигалкой, ответила я.
– Не горишь в Земном огне, – прикидывая мои шансы, сказала Тамера. – Не горишь из-за устойчивости к температуре или…
– Спроси, что полегче, – холодно бросила я.
– Ладно, это мы еще выясним, – бодро заметила она совсем непримечательную перспективу. – Доедай и пойдем разомнем твои кости перед битвой.
Я пробубнила несколько неласковых слов на русском, и, к моему счастью, Рениш привнес в чипы переводчики не все языки стопроцентно, и Тамера понимала из этого слово-два.
***
Шум трибун стал слышен издалека, но чем ближе мы подходили к арене через коридоры первого этажа, тем оглушительнее становился шум вокруг, заставляя воздух дрожать. Казалось, арены наводнило еще больше существ после отборочных боев, хотя куда ж больше… Этот стадион вмещал себя чуть ли не миллион, и сегодня был забит под завязку.
Я спокойно ожидала выхода, смотря на запертые ворота в полутьме, стараясь игнорировать беспокойную суету Тамеры вокруг. Она не находила себе места, словно это ей предстоит драться за свою жизнь меньше, чем через пять минут.
– И запомни…
– Бить только, когда открывает пасть, – устало повторила я информацию, услышанную с десяток раз.
– Да, и…
– Следить за тылом и побольше пируэтов, – уже с ноткой раздражения закончила я.
– А ну прекрати выглядеть такой спокойной, – раздражённо всплеснула руками она. – Что, каждый день на смертельный бой выходишь?
Я просто слишком привыкла к ощущению, что меня могут убить буквально каждую минуту. Бой как-то даже успокаивал. По крайней мере я не подорвусь на случайной мине, или меня не пристрелит снайпер.
Проверив исправность оружия, я невозмутимо ответила:
– Ага. Видела бы ты тоже что и я, воспринимала эти бои, как детский лепет.
– Ой ты боги, – возмутилась она. – «Надень мою обувку и пробеги мою тропу сквозь пустыню жизни».
– На Земле говорят немного по-другому, – игнорируя ее тон, пожала плечами я.
– Минута до начала, – оповестил роботизированный голос Ника сквозь динамики.
Отвратительно, даже все голосовые помощники и системы сделаны по образу Ника. Нарцисс.
– Да прибудет с тобой сила рун, – переменившись в тоне, Тамера взяла меня за плечи, побоявшись обнять.
Еще немного и я окажусь в «Звездных войнах». Вот бы Дон офигел…
Мысль о братце отозвалась глухой болью, но я быстро от нее отмахнулась. Сначала выживу, а потом уже все остальное.
Дверь медленно отворилась, впуская невозможно громкие крики зрителей и ослепляющий свет прожекторов. Расправив плечи, я шагнула на красный теплый песок, окидывая забитые ряды болельщиков холодным взглядом. Их действительно стало больше, и темные силуэты отсюда казались лишь точками. Сотни тысяч пятен в унисон, скандирующих мое имя и с нетерпением ожидавших крови.
Оторвав взгляд от зрителей, я пошла к центру, наконец встречаясь с соперником. Силуэтом он напоминал медведя, нацепившего огромный панцирь черепахи и вставшего на задние лапы, но вместо передних лап у него были состоящие из цельной кости зубчатые крюки. Вытянутая голова с клювом склонилась набок, оценивающе изучая меня белыми маленькими глазками без зрачков. Когда я подошла ближе, то рассмотрела, что оно покрыто кожей, больно напоминающей человеческую, разве что гораздо более оранжевого цвета, а на коротких ногах были тупые когти, зарывшиеся в песок.
Панцирь мне точно не пробить. Он медлительный, и слеповат… Но один удар его руки и от меня останутся лоскуты.
– Не терпится полакомиться твоим спинным мозгом. Он должен быть безумно вкусным, – прострекотал мой соперник.