– Это вынужденные жертвы, – я отвернулась от нее, опустив взгляд.
На самом деле я частенько нахожусь в состоянии, что вот-вот грохнусь в обморок, но инопланетяне не знают, как это выглядит у людей, они не могут определить, насколько я слаба сейчас. Алхимик и лекари давали мне отвары, помогающие восстанавливаться, но запас этих эликсиров подошел к концу.
Последний раз я встречалась с Гре три дня назад, и она сказала, что самые богатые части города они заминировали и их численность увеличилась вдвое, благодаря полному беззаконию на улицах во время отсутствия Ника. Этого вполне достаточно. Сгорят все дома и торговые лавки, а следом огонь перекинется на все остальное. Замок я спалю лично. Я уже спрятала на арене и в некоторых коридорах по бомбе, но лучшие его части я подожгу с помощью магии. Этот огонь не гас, пока я не разрешала и пожирал все вокруг, если дать ему волю.
– Поспи.
– М? – я отвлеклась от своих мыслей, не услышав ее слова.
– Я представляю, что ты спишь рядом с этим ублюдком и не верю в то, что ты хоть одну ночь поспала спокойно без кошмаров. Что он не навредил тебе и не делал больно. Я знаю, как все это выглядит, особенно, когда это старательно прячут.
Это было правдой, которую я не хотела признавать. Вероятно, я никогда никому не признаюсь, на какие жертвы пошла и чего мне это стоило.
– Поэтому поспи. Я посторожу твой сон. Это меньшее чем я могу тебе отплатить за свою жизнь.
– Ты ничего мне не должна, Тамера.
Ей удалось меня уговорить поспать пару часов. На улице было далеко за полдень, и вряд ли кто-то меня хватится до вечера.
Это был самый мой спокойный сон со времен первого боя, и Тамера не будила меня до самого вечера, когда я проснулась сама.
– Значит завтра все закончится?
– Да. Ник и Кин мучаются от последствий фиррозии, а Генрих слишком доверяет мне, чтобы заподозрить в обмане. Все готово.
– Жаль Лео не знает, где ты. Может с его помощью ты бы бежала проще и быстрее.
– Он знает, – уверенно ответила я.
– Но тогда, почему…
– Я взяла с него обещание, что он будет присматривать за моей семьей и если бы он бросился меня спасать, то нарушил бы его. Он знает, что мне не нужна защита, и гораздо важнее знать, что моя семья в безопасности.
Она усмехнулась, бросив на меня долгий взгляд, смысл которого я не смогла угадать.
– Пообещай взять его однажды за шкирку и навестить меня.
– Если мы выживем – то обязательно, как будет возможность, – улыбнулась я.
Она обняла меня, крепко, словно прощаясь.
– Будь осторожна, в завтрашнем кострище многие погибнут.
– Не бойся, я не горю в огне. Мы с тобой обязательно выберемся.
В решающий день я проснулась пораньше, проверяя готовность Поджигателей и заранее надевая Нео. Сегодня не будет времени возвращаться за всем добром, поэтому я взяла минимум необходимого, а остальное, вместе с прикупленными товарами в городе, спрятала в незаметной нише в ангаре, которую обнаружила во время первой разведки. Потом вернулась к Генриху и объяснила план на сегодня.
– То есть сегодня… Все закончится?
– Это будет исторический вечер, поэтому подготовься, – улыбнулась я.
Сегодня я надела топ из перламутровой серебряной чешуи со свободными штанами и воздушными отдельными рукавами из черной матовой ткани. Обувь я выбирала исключительно с расчетом, чтобы было легко бежать, а в остальной одежде легко прятались ножи и флакончики яда. Если бы не куча цепей – проблем бы не было, но Генрих отказался снимать с меня их при свете дня, а ключ выкрасть не вышло.
После обеда я прокралась к кабинету Кин и вошла без стука.
– Кто еще там? Я никого не принимаю.
– Меня уж, наверное, ты примешь, – с улыбкой ответила я, беря бокал и привычным движением наполняя его для нее, и добавляя часть первого флакона.
– Ангел! Убирайся иначе я позову стражу!
Послышался шелест одежд и передо мной, хватаясь за стену выкатилась Кин. Ее кожа растрескалась и свисала клочьями, не было привычного макияжа, а глаза гноились.
Фиррозия была страшной вещью. Она вызывала привыкание с первой дозы и оседала в организме надолго, разрушая все процессы. С нее почти невозможно вовремя слезть и это никогда не проходит без последствий. Эта химия способна переплавить ДНК человека во что угодно, неудивительно, что она не щадит другие виды.
– Не позовешь, – я подошла ближе, протянув ей бокал. – Тебе ведь интересно, как так вышло?
Она с отвращением посмотрела на предложенный напиток, но учуяв запах дрожащей рукой забрала его.
– Как тебе это удалось? Как вышло то, что пока я давала Нику твою кровь, она оказалась во мне?
Она, переборов себя, сделала глоток. Сначала маленький, но потом не удержалась и выпила залпом.