Я не знала, что думать…
С другой стороны именно Лео оставался рядом несмотря на все происходящее, оставался даже, когда это было не в его интересах. Взял на себя заботу о моей семье. Я уже доверила ему самое ценное и он не подвел, так почему переживаю теперь?
– Да, ты прав. Извини, – я обняла ноги хвостом.
– Все нормально. Проблемы с доверием очень полезная штука пока ты там, – он указал на вверх. – Но, как бы то ни было, я клянусь тебе, Дракончик, что мы пройдем через это вместе до конца.
Он смотрел честно и открыто, и я силой прогнала мысль, что буквально недавно мне с такой же легкостью давали похожую клятву. И с такой же легкостью ее нарушили.
– Итак, как мы устроим нуксам день возмездия?
Я выпрямилась, заставив умирающий огонек снова загореться и рассказала, все, что успела придумать за эти дни.
Вернулись мы ближе к рассвету, быстро собрались, и я с огромным трудом уговорила себя не сбегать ничего не объяснив, а дождаться, пока Трейс и Рашель проснутся.
Пока я репетировала объяснения в голове, то набрела на тайник Трейса с сигаретами, и приватизировав пачку, вышла на террасу перед главным входом и закурила, сидя на перилах. Едкий дым обжигал, но хоть немного отвлекал от скрутившей тревоги и боли внутри.
– Прежде чем я выйду из-за угла, ты выложишь все свои ножи.
– Очень смешно, Дон, – процедила я не оборачиваясь.
– А я и не шучу, – судя по скрипу половиц он все-таки вышел. – Вы сваливаете?
– Давно пора было.
– Да, пока мама с папой не увидели, кем ты стала.
Я обернулась, бросив злой взгляд, и послала его на родном языке.
– И не притворяйся, что тебе не плевать, – снова отворачиваясь к лесу добавила я.
– Я знаю, что мне не должно быть все равно. Я знаю, что сейчас должен быть жутко зол на тебя и по-хорошему, я уверен, что должен поехать с вами.
– Это исключено.
– Ты же понимаешь, что никто из нас не останется тут, ждать пока ты умрешь?
– А чем вы собрались мне помочь? – зло усмехнулась я. – Тебя я не пускаю исключительно из вредности, но Трейс и Рашель ничем не помогут. Будет лучше, если они просто останутся здесь, где Рениш до них не доберется.
– И не будут мешать тебе убивать нуксов направо и налево?
Я не ответила, сделав затяжку.
– Это не выход, Сирена.
– Я не собираюсь убивать всех. Тем более, если все пройдет, как я предполагаю, Герд и Чак спасут большую часть нуксов.
Пускай Лохматый не признается, но я знаю, что он предупредит о нашем плане Герда, и, возможно, это и к лучшему. В конце концов за все происходящее в ответе лишь Рениш, управляющий всеми нуксами, словно марионетками.
Вскоре показался Лео, выводящий свой мотоцикл через рыхлый снег с заднего двора.
– Ты собрался? – спросил Лео, подходя к нам и тоже облокачиваясь на перила напротив меня.
– Он никуда не едет, – отрезала я.
– Даже если бы ты могла за него решать, то не смогла бы оспорить, что Рениш знает нас с тобой как облупленных, но не Дона, – пока Лохматый говорил, он каким-то неуловимым движением присвоил себе сигарету.
– Он его создал, – смерив его недовольным взглядом ответила я. – Эффекта неожиданности не будет. У нас есть шанс, только если мы атакуем быстро и тихо.
– И Дони прекрасно поможет нам ускорить твою идею, – тоже сделав затяжку, Лохматый протянул мне сигарету назад.
Я посмотрела сначала на одного, потом на другого. Ну конечно, они спелись. Чего я еще ожидала от двух чудаков, у одного из которых зависимость от космоса, а второй там жил.
– Я вас ненавижу, – я выхватила сигарету. – Обоих. И даже не думайте больше сговариваться против меня.
Они переглянулись, явно давая понять, что вряд ли когда-нибудь согласятся на такие условия.
– Покажи ей, – предложил Лохматый, отходя от перил.
Дони стряхнул с них остатки снега и предложил мне руку, словно собираясь сыграть со мной в армрестлинг.
– Дони, я всю жизнь тебя выигрывала, – скептично ответила я, докуривая сигарету и туша ее о снег.
– Тем больше у меня мотивации, – парировал он.
Посмотрев на них обоих, как на последних идиотов, я приняла вызов.
И была жуть как удивлена, поняв, что даже с силой мутанта не могу сдвинуть руку Дони и на миллиметр.
– Какого… – пробормотала я, когда он, не прилагая видимых усилий начал опускать мою руку.
– Рениш сделал так, чтобы я мог постоять за себя, – отпустив меня сказал Дони.
Шипя от стрельнувшей боли в руке, и тряся ей, я проворчала:
– Может и так, но тебе еще нужно научиться ею пользоваться, иначе она тебе только навредит.
– Ну у меня теперь целых два учителя.
К нам вышел Трейс, открыв дверь, и оценив наше собрание, остановил взгляд на мне.