– Мы с твоей мамой познакомились случайно, спустя две сотни лет моего изгнания…
– Сколько-сколько?
– Двести двадцать семь, если быть точным… Стой, твой агвер не говорил тебе, что фаэррай бессмертны, пока ксуер не решит забрать свою силу назад?
– Давай, ты будешь рассказывать. И прекрати его так называть.
Он прищурился, но продолжил:
– Я сразу понял, что именно она будет моей парой, моей эйнту, но богам и людям запрещено вступать в отношения. И тогда твоя мать решила заключить сделку с Аут, чтобы нам позволили быть вместе, и чтобы я не говорил и как не убеждал, она меня не послушала.
– Ты облажался, – кивнула я.
– За то, что ты упрямая как баран, можешь благодарить ее.
– Что за сделка, Серафим?
– Аут разрешила быть нам вместе, – вздохнул он. – Зима и Луна часто являются родственниками, поэтому ее было легко уговорить. Она добилась нашего права путем того, что сделала твою маму носительницей своей искры.
– Искры?
– Того, что делает атлуса – атлусом, – сложив крылья плотнее за спиной ответил он. – Каждый атлус имеет уникальную, так сказать, специализацию и отвечает за какой-то талант человека. У младших богов жизнь ограничена тем, сколько их талант живет среди людей. И по сути, все врачи мира, какой бы вере они не принадлежали, верят в одну богиню медицины. Все кузнецы в бога кузнецов, и так далее.
«Искра» в книге называлась по-другому, но суть была та же. Каждому дают батарейку, которая заряжается от вселенной и дает своему владельцу использовать магию, передавая ее в мир через душу. Каждый атлус охватывает свой круг людей, давая им смысл жизни. Пока живы те, кто живет кузнечеством – будет жив бог кузнецов.
– И поэтому мы бессмертны? Потому что не привязаны к людям, – кивнула я, ощущая, что начинаю понемногу сходить с ума. – Вы могли бы мне хоть сказки на эту тему рассказывать, чтобы я сейчас хоть немного понимала?
– Да, у нас своя специализация, – проигнорировав мое язвительное замечание сказал отец. – Из всех возможностей зимы я могу управлять льдом. Ты из всех возможностей ночи откроешь в себе свой талант, который будет твоим главным оружием, помимо огня.
Тени…? Он про них?
Получается есть мы – бессмертные ребята с возможностью управлять чем-то природным как лед и тени. Есть ребята попроще, которые живут своим делом и могут… Не знаю, лечить прикосновением, поскольку боги медицины? Эти же ребята обязаны заботиться о людях и направлять их. Мы же, по книге Алхимика, управляли ими. А нами эти древние увальни – Ксуер – вроде Аут. И они выбирали нас в качестве своих «детей» и скидывали на нас обязанности?
– Но почему мама не стала фаэррай?
– Она и не могла. Она была лишь человеком. И когда твоя мама была беременна тобой, а Аут дала ей искру, то она разделилась. Кусочек этой силы всегда был с тобой… А Аут скорей всего именно в этом и нуждалась Ей зачем-то нужна была фаэррай, рожденная среди людей… – задумчиво произнес отец. – Вероятно из-за того, что после твоей смерти она заполучит твои навыки и знания, и, вероятно, возможность врать, что сделает ее самой опасной из ксуера.
Ксуеров было семь, плюс один неизвестный. И они выбирали себе по носителю, чтобы временно сплавить свою силу и обязанности. Они в это время были чем-то вроде бестелесных духов, и могли нас направлять… После нашей смерти, или когда им становилось скучно, они получали свою силу назад, поскольку без этих семи опор баланс мира рухнет. У этой силы всегда должен быть носитель. И она за счет множества носителей становилась все глубже, а Ксуер все мудрее и изощреннее. Они носили воспоминания и навыки фаэррай так, словно они прожили это сами. Аут решила кратно прокачать свои возможности, выбрав меня и бросив Ренишу для развлечения…
– Ты тоже врешь, – скептично заметила я.
– Но мне далеко до твоих навыков сражения. Мне были видения… О тебе в других мирах.
– Круто, – сухо заметила я. – И что дальше?
– Была загвоздка, что после того, как ты заберешь искру у мамы, она бы потеряла все свои воспоминания. Она нашла выход в том, чтобы связать Аут обещанием, что она станет тебе матерью вместо нее. Но, а я… Придумал кое-что получше. Заставлять тебя смотреть на маму, которая ничего и никогда о тебе не вспомнит, наблюдать как она стареет, пытаясь понять, что случилось с ее жизнью и постоянно забывать тех, кто о ней заботится… Я не хотел, чтобы ты проходила через такое, и мы решили отдать тебе мою искру. Поскольку я был рожден атлусом, я бы просто стал человеком, и мы с твоей мамой дожили бы наши жизни вместе. Но тогда, Аут вернулась, оставила нам Арью и пригрозила, что если я не исчезну из твоей жизни, то она расторгнет сделку и убьет Андреа.