– Вы поглядите, каков улов! – рассмеялся один из вампиров, что ловко соскочил со стола и подбежал к пряхе. От него разило выпивкой, а лихорадочно блестящие желтые глаза оценивающе блуждали по фигуре. – Извольте к графу, мадам, – склонившись в реверансе и вызвав смех других вампиров, он взял Эри за руку, уводя её в сторону комнаты с закрытой дверью.
Покорно идя следом, Элефтэрия старательно смотрела под ноги, пытаясь спрятаться от вызывающе жадных взглядов. Она боялась оборачиваться к другим девушкам, поскольку знала, что найдет там лишь ужас и оцепенение. Жертвенные агнцы, посланные отдать свою кровь, дабы не рушились семьи.
Открыв комнату, вампир грубо толкнул туда девушку, а после хлопнул дверью так громко, что висевшие на стенах полотенца упали на пол. Здесь царил полумрак, и свет от свечей едва очерчивал две фигуры, что сидели на стульях друг напротив друга. Сцепив руки вместе, Элерия, наконец, подняла голову, но едва ли смогла опустить напряженные плечи и расправить спину.
– Поганец Зен, – тягуче произнес вампир, сидевший справа. Улыбнувшись так широко, что девушка разглядела клыки, он довольно прищурился. – Обращается с дамой так грубо. Хороша…Верно говорю, Аделард?
Второй мужчина не был похож на вампира. Оценив девушку скучающим взором, он изящно заправил за ухо алые пряди длинных волос, ответив своему собеседнику молчанием.
– О, ты, должно быть, насмотрелся на городских красавиц, – усмехнулся вампир, – а потому не можешь по достоинству оценить красоту, обнаруженную случайно в комках грязи.
Поднявшись с места, он подошел ближе, ухватив лицо Элерии тонкими холодными пальцами. Рассматривая её в свете тонкой свечи, мужчина улыбался, отчего морщинки вокруг его глаз собирались в темные борозды. Здесь не было застеленной широкой лавки, не было оружия, но, блуждая взглядом по комнате, девушка сжалась от вида бокала с плещущейся на дне густой алой жидкостью.
– Обычно я люблю долгие прелюдии, – насмешливо продолжил мужчина, – но обстановка здесь совершенно не располагает к подобному. Я всегда стараюсь сделать так, чтобы сначала женщина получила удовольствие, а уж после и я, но сегодня я очень голоден. Прости, красавица.
Почувствовав горячее дыхание на своей шее, Элефтэрия зажмурила глаза, когда руки скользнули по её стану к бедрам. Мимолетная боль, и алые губы жадно втянули в себя глоток горячей крови. Лишь глоток, как вампир отпрянул от тела, схватившись за сердце. Вжавшись в стену, девушка в ужасе смотрела на скорчившееся в агонии тело, что упало на пол, протяжно застонав. Задыхаясь, вампир с ненавистью смотрел на Эри, пытаясь дотянуться до нее скрюченными пальцами. Глаза его были готовы выскочить из орбит, а распухший язык вывалился изо рта. Мгновение, жалкая минута, наполненная болью, оборвалась, завершившись смертью. Замерев в изломанной позе, посинев и обмочившись, вампир сгинул, принеся с собой тишину.
Медленно переведя взгляд на мужчину с алыми волосами, девушка обнаружила того в прежней позе и с совершенно непроницаемым лицом. Всматриваясь в тело того, кто еще недавно был его собеседником, Аделард медленно поднял брови вверх, удостоив Элерию заинтересованным взглядом.
– Твоя кровь…– медленно произнес он, и голос его словно пронзил Эри насквозь, – отравлена?
Глава 10. Избранная.
Лениво поднявшись со стула так, словно тот был троном, а не стареющим табуретом, мужчина переступил через труп, чтобы подойти ближе. Именно такими представляла Элерия аристократов, когда покойный отец описывал власть имущих созданий. От каждого его движения буквально сквозило уверенностью и силой, а во взгляде багрово-красных глаз не было ничего, кроме едва заметного любопытства. Надменный, горделивый, алчный – лишь эти слова блуждали по испуганному разуму, когда девушка разглядывала бледное красивое лицо, обрамленное багровыми прядями. Чуть заостренные уши выглядывали из-за алых ровных прядей, пахнущих дорогим парфюмом, ухоженные руки выглядели лучше, чем у любой местной девушки, а длинные одежды, расписанные золотом, казались столь дорогими, что никогда бы не позволила себе Элефтэрия такой ткани. Он выглядел изящно, стройно, несколько женственно, но даже так пряха была уверена, что взмахни мужчина рукой, и от головы её не останется ничего.
Она знала, что умрет. Не будь тут свидетеля, был бы шанс выбраться через окно, вернуться к Птолеме и сбежать вместе. Но не сейчас. Задушит? Сломает шею? Будет избивать, покуда сердце не остановится? Много смертей видела Эри, живя в деревне, но истинный страх сковывал лишь в те мгновения, когда костлявая рука касалась её саму.