– Что-то не так?
Ничего не ответив, мужчина тут же покинул комнату. Чувствуя себя так, словно страж увидел её обнаженной, Элефтэрия неосознанно принялась растирать грудину, словно это могло стереть с ее кожи чужой маслянистый взгляд. Пытаясь не думать о том, что воин желает не денег, а её саму, наложница прошла в спальню, стянув с себя платье, ставшее вдруг липким и отвратительным.
Обессиленно рухнув в постель, Эри лениво повернулась на бок, услышав шипение со стороны балкона. Головная боль обухом ударила по затылку, заставив скрючиться среди подушек и тихонько застонать. Схватившись ладонями за безумно пульсирующие виски, девушка не открыла глаза, когда несколько змеиных голов уткнулись ей в лицо. Когда же два острых клыка вошли в её руку, впуская яд, она зажмурилась еще больше, но пущенная по крови отрава горячим потоком растворила боль, мгновенно принеся с собой облегчение.
Открыв веки, Элефтэрия медленно села в кровати, пытаясь сопоставить реальное с ожидаемым. Прежде, чем осознание в полной мере обосновалось в разуме, слезы брызнули из глаз, тотчас заволакивая ясный взор мокрой пеленой. Прижав ладони ко рту, Эри тихо заплакала от радости, позволяя трем змеям ластиться подобно кошкам. Собрав в охапку черное, золотое и белоснежное длинные тела, она так сильно прижала к себе детей, что те недовольно зашипели, попытавшись выбраться из слишком крепкой любящей хватки. Утерев слезы, Элерия поцеловала каждую из макушек.
– Но как, – всхлипнула она, пытаясь успокоиться, – почему вы снова маленькие?
В ответ на неё тут же хлынул поток воспоминаний, где змеи, достигнув гигантского размера, приобрели способность менять свои габариты. Чтобы добраться до матери незамеченными, они сжались до своей первозданной длины и отправились в путь. Эри же в ответ открыла свой разум, показывая все события, произошедшие после прибытия вампиров в деревню. Одиночество, что все это время тугим узлом затягивалось на шее, наконец, отступило, и не раз девушка щипала свое запястье, боясь проснуться и не увидеть рядом никого.
– Как же я рада, что с вами все в порядке…Не знаете ли вы, что с Птолемой?
Марбас отрицательно мотнул головой. Последним воспоминанием змей о деревне был день, когда сама Элерия попросила их на время затаиться. Уже несколько гадюк просила девушка узнать о судьбе подруги, но ни одна из них так и не вернулась обратно. Решив, что подобные перемещения занимают достаточно много времени для пресмыкающихся, она терпеливо ждала.
– Спасибо, что нашли меня. Но вам придется вести себя тихонько. Однако, как я погляжу, с этим проблем у вас нет. Скрывать свое присутствие вы умеете на славу.
Довольно замахав кончиками хвостов, змеи клубками свернулись под боком. Прикрыв глаза и опустившись на подушку, Эри счастливо улыбнулась. Словно разделив все тяготы на четверых, она быстро заснула, впервые желая поскорее встретить завтрашний день.
Глава 18. Правда.
Проснувшись с первыми лучами солнца, Элефтэрия, едва касаясь, погладила трех змей, что ночью сплелись в единый клубок у неё под боком. Стоило её босым ступням бесшумно коснуться мраморного пола, как ядовитые ленты тут же оказались рядом, извиваясь и заползая друг на друга. Чувствуя необычайную для тела легкость, девушка умыла лицо холодной водой, нанесла на кожу крем и тщательно расчесала густую копну волос, спутавшуюся во время сна. Услышав стук в дверь, Эри с несвойственной ей прежде материнской гордостью, проследила за змеями, что тут же бросились наутек.
Торопливые шаги, тихий шорох платья, сбивчивое дыхание, и вскоре печальная маска Трии заглянула в ванную комнату. Выдавая свое волнение резкими неловкими движениями, горгона метнулась к шкафу, доставая оттуда одни из лучших платьев. Не успев даже разомкнуть губы, чтобы задать вопрос, Элерия удивленно проследила за двумя другими служанками, бурей пронесшимися мимо с несколькими шкатулками. Покорно сев за туалетный столик, она ждала, не вмешиваясь в очевидно слаженную, но несколько хаотичную работу трех горничных, споривших о цвете ткани и обуви. Решив, что времени слишком мало, горгоны выбрали серебристое платье, а после окружили наложницу, пугая единой работой в шесть рук.