– Ощущение, – хрипло произнес он на ухо, – словно одно мое неверное движение, и я умру этой ночью…Мне нравится.
Ничего не ответив, Элерия сама подала навстречу бедра, желая приблизиться к кульминации, а заодно и к завершению. Обхватив наложницу за талию, Бельфегор перевернулся на спину, отчего сама девушка оказалась сверху. Получив в свои руки вожжи, Эри плавно отстранилась от мужской груди. Давая Императору возможность рассмотреть изгибы тела с новой позиции, она обхватила рукой член, направляя в свое лоно. Полностью вобрав его в себя, девушка застонала, отбросив в сторону сомнения и признавшись самой себе, что в удовольствии нет ничего плохого. Сейчас, восседая сверху, толкаясь бедрами и рассматривая взмокшее, охваченное похотью лицо самого Императора, Элефтэрия не чувствовала себя разменной монетой. Наоборот, в ней все сильнее укоренялось чувство власти и собственной силы.
Ускорившись, она оперлась руками о демона, благодаря чему тот смог подстроиться под темп, буквально вдалбливаясь внутрь. Громко, мокро, пошло, столь открыто и развязно, что страхи и комплексы из прошлого отступили, но не исчезли, лишь переросли в нечто странное и извращенное. Впившись пальцами в мягкие женские бедра, Бельфегор грубо сбросил с себя девушку, снова нависнув сверху и толкнувшись вперед. Он становился все быстрее. Открывающийся вид на обнаженное стонущее тело лишь подбрасывал поленья во все разгорающееся пламя. Казалось, словно Император вот-вот подойдет к пику, но вместо этого он замедлялся, отстранялся, чтобы впиться поцелуем, а после вновь издевался над самим собой и девушкой под ним, то становясь слишком грубым, то слишком неспешным.
Она не знала, сколько прошло времени, но начинала уставать. Когда же Бельфегор, наконец, замер, Эри попыталась выскользнуть из его хватки, но демон намеренно вошел глубже, кончая внутрь. Усмехнувшись брошенному ему недовольному взгляду, он скатился на спину, утерев пот со лба. Чувствуя стекающее по бедрам семя, Элерия подумала о зелье, что всегда покоилось во внутреннем кармане платья или халата.
– Не смей, – словно прочитав её мысли, с угрозой произнес демон, – иначе это будет последнее, что ты сделаешь.
– Быть может, я не желаю носить ваше дитя.
– Такой женщины попросту не может существовать. Просто потому, что никто не имеет права идти против Императора.
Страсть угасла также быстро, как и тело, остывшее под прохладой ночного воздуха. Эйфория от возбуждения рассеялась, вернув разум в реальный мир, где все решали за неё. В душе не было грусти, как и не было злобы. Лишь холодный расчет, руководивший всем из тени и на мгновение уступивший место низменным желаниям. Отвлечься от всего этого было забавно и очень приятно. А о том, что Император своим же эгоизмом подписал себе приговор, ему было знать не обязательно.
Глава 33. Алмазная клетка.
На следующий день неожиданно пошел снег. Первые мелкие крупинки, падая на брусчатку, тут же таяли на смешавшихся в грязь листьях. Холодало, и на смену легким пальто и накидкам пришли меха и теплые шали. Прогуливаясь по угасающему саду, Элефтэрия смотрела в серое небо, затянутое тучами так плотно, что ни один луч солнца не мог пробиться сквозь мрачную вуаль. Остановившись рядом с обнаженной статуей нимфы, девушка присела на лавку, поправляя на пальцах черные перчатки. Подле нее на почтительном расстоянии замерла Рави, что покорно скрылась за деревьями, когда на другом конце показалась мужская фигура. Небрежно накинутое на плечи пальто, руки, скрытые в карманах брюк, уверенная и вместе с тем расслабленная походка – все в нем выдавало благожелательный и непоколебимый настрой.
Опустив формальности, он тут же сел рядом, бросив взгляд на свою собеседницу и напарницу: