Холода заморозили округу, и снег приятным хрустом скрипел под подошвой зимних сапог. Медленно бредя по спящему саду, Элефтэрия куталась в шубу, отдавая ледяному воздуху свое теплое дыхание. Время нещадно бежало вперед, а её план замер, не в силах сдвинуться дальше. Надеясь услышать от Рагнвальда хорошие вести, она невольно ускорила шаг, и, выскользнув из лабиринта к центральному фонтану, остановилась, увидев на лавке фигуру дракона. Когда он поднял на нее свое лицо, легкая приветливая улыбка тотчас сошла с её губ, и, неожиданно почувствовав беспокойство, Эри быстро приблизилась, всматриваясь в прикрытый черной повязкой глаз.
Реакция девушки была неожиданной, но приятной, и, рассмеявшись, дракон поднялся, отряхнув зимнее пальто от снега. Давая ей время рассмотреть себя, он невольно любовался встревоженным лицом. Исполнив обещание, Рагнвальд, наконец, понял, что связывавшее их вместе дело завершено, но вместо облегчения пришла странная пустота.
– Что ж, можешь ликовать. Твой враг повержен, – горделиво бросил он, словно та бойня не стоила ему глаза. – Всего лишь пара новых шрамов, благодаря которым я буду еще красивее.
Сняв перчатку, Элерия аккуратно коснулась черной повязки, приподняв которую увидела лишь закрытый навсегда глаз и пересекающий его рубец. Этот порыв сожаления на мгновение выбил из нее привычное ощущение контроля. Палач мертв, и вне всяких сомнений её сердце забилось чуть быстрее от волнения, но вид Рагнвальда – исхудавшего, бледного, истощенного – словно не давал возрадоваться с «чистой» совестью. Положив свою ладонь на впалую щеку, она собиралась было сделать шаг назад, когда мужчина перехватил её руку, прижав к своим губам.
Выдернув пальцы, девушка тут же обернулась.
– За нами могут следить.
– В прошлый раз же никого не было, – тихо рассмеялся он.
– В прошлый раз и обстоятельства были другие. Я теперь…в другом положении. Лучше расскажи, как все прошло…
– В кровавых подробностях? – догадавшись, но намеренно проигнорировав слова девушки о положении, Рагнвальд тут же продолжил. – Это было…непросто. Мягко говоря. Он быстро догадался о том, что за ним началась охота.
– Неужели его сородичи не помешали?
– Нет. Я сыграл на гордыне Палача, и тот не посмел позвать на помощь. Но силы ему не занимать. Видела бы ты мой новый шрам на спине.
Взирая на первого в своей жизни мужчину, что сдержал данное обещание, Элерия впервые за долгое время ощутила нечто сродни симпатии. Не сдержав улыбки, она отвернулась, попытавшись скрыть от собеседника свое довольство, но тот лишь обошел её, чтобы взглянуть на искорки в вечно мутных глазах. Губы, сопротивляющиеся смеху, задорные морщинки на веках, брови, взметнувшиеся вверх, пряди черных волос, прилипших к лицу – все это сполна наградило его за, казалось бы, бесконечную гонку со смертью. Поддавшись порыву, он резко склонился вперед, оставив на неожиданно желанных губах жаркий, порывистый, запрещенный поцелуй, за который его могли тотчас убить на месте. Сорвав чужой тихий вздох, он отпрянул, но, оставшись безнаказанным, вновь припал к раскрасневшимся губам и, почувствовав ответ, крепко прижал к себе женскую фигуру.
Решив было, что все дело в адреналине от сбывшегося желания, Элерия призналась самой себе, что этот поцелуй ей приятен. Мужчина, что казался ей тварью, следовавшей исключительно за своими амбициями, неожиданно предстал перед ней в новом свете, рискнув своей жизнью. Выполнив обещание, сдержав слово, пойдя против течения, несмотря на последствия, он сейчас выглядел покорным и сдавшимся ей. И все же, вспомнив о принцессе, наложница мягко отстранилась от теплого тела.
– Я беременна, – произнесла она, тут же ругая себя за столь порывистую честность.
– Я уже понял.
– А ты скоро женишься на принцессе.
– Знаю.
– И к чему тогда…все это?
Задумавшись лишь на мгновение, Рагнвальд посмотрел в серое небо.
– Что ты планируешь делать? Хочешь стать Императрицей?
– Хочу, чтобы мои потомки имели право выбора и жили спокойно.
– Какие великие цели, – улыбнувшись, дракон кивнул самому себе. – Хорошие цели.
– Мне…нужно идти, – растерявшись от столь мягкого неожиданного тона, Эри поспешно засеменила прочь из сада.
– Элефтэрия, – окликнул её мужчина, – я ведь доказал тебе, что мое слово не пустой звук. Ты можешь рассчитывать на мою помощь.
Не ответив, девушка вновь вошла в лабиринт, чувствуя, как её мысли блуждают меж длинных каменных рядов, обрывающихся тупиком.