Кассандра нахмурилась.
Кардиган, Кардиган... Где она могла слышать это имя? Вроде бы, оно принадлежало какому-то богатому роду ардейнардской знати. Чародейка мельком поглядела на керника, пытаясь вспомнить.
– Даже мой отец не знает о моём существовании, – сказал Рихард, прищурившись.
Всё-таки, заметил, что на Кирнан был морок. И весьма искусный. Человек без способностей никогда бы не распознал обмана.
– Достаточно того, что твоя мать знала, от кого понесла, – проговорила глава Ковена и обратилась к Иветте: – И ты, смуглянка, была и в Кривом Роге, и на костре Инквизиции, и владела силой, что тебе не положена. Верно?
Магичка держала голову опущенной. Кассандра вздрогнула, когда ногти девушки всё же проткнули кожу на её ладони. Это движение заставило главу Ковена наконец обратить внимание на Кассандру.
– Что же такого случилось в твоём мире, что ты решила найти меня, приведя с собой этих несчастных? – поинтересовалась она.
Чародейка опешила, услышав равнодушие в голосе Кирнан.
А что, собственно, она ожидала от этой встречи? Ведьма, которую она никогда не знала, вряд ли была способна рассыпаться сантиментами или расспросить о её жизни, хотя она итак должна была знать всё о Кассандре. Она не сомневалась в том, что главе Ковена известны все подробности о годах, проведённых в Оплоте, о бегстве в Сэрабию после прихода Инквизиции, о последующем участии в войне Жуткого Генерала... Наверное, Кирнан знала и о том, что Кассандра ищет её.
Только вот о причинах такого поступка ей не было ведомо. На мгновение показалось, что на лице главы Ковена мелькнуло любопытство, но то была шалость детского морока, его едва уловимое насмешливое мерцание.
Кассандра прочистила горло:
– Я пришла, чтобы... Я пришла, чтобы спросить тебя о кое-чём.
– Продолжай.
– Расскажи всё, что знаешь о Катэле. О его планах.
Чародейка сама не поняла, откуда у неё набралось столько храбрости для прямого вопроса, поскольку лицо Кирнан вытянулось на этот раз по-настоящему. Невозмутимая до этого Кали развернулась к Кассандре, расширив глаза. Притихли ведьмы в задних рядах. Молчание опустилось на вершину, нарушаемое лишь потрескиванием высоких костров.
– Что ты сказала, девочка? – переспросила едва слышно Кирнан.
В пересохшем горле засаднило, но Кассандра всё равно попыталась проглотить слюну.
– Безумец замыслил что-то страшное. Мы хотим его остановить.
На губах Кирнан возникла усмешка, выглядевшая на детском лице нелепо и одновременно жутко. Следом заухмылялись и другие ведьмы.
– И ты, глупая, решила, что я выдам тебе его секреты... Да знала б я о них... Думаешь, стала бы? – протянула она с нарочитым замешательством под зарождающийся гогот толпы. – Знаешь, девочка, это действительно очень смело – заявиться сюда и просить о таком.
Смех Кали и её подручных, напоминающий скрип ржавых шестерёнок, подхватили передние ряды ведьм. Кассандра вспыхнула и подождала, когда шум немного уляжется, прежде чем заговорить вновь:
– Мне не нужна твоя помощь. Просто скажи, где его искать.
Её фраза вызвала новый приступ хохота. Посмеивалась и Кирнан – но глаза её свежевали Кассандру. Красивые детские глаза, за которыми прятались впавшие глазницы с горящими в глубине огоньками.
– О, дорогая, – произнесла она нараспев. – Как бы мне ни хотелось подпитывать блажь юного ума, столь прекрасного в своей наивности и дерзости, я не могу ответить на твой вопрос. С Безумцем у Ковена договор, который действует и после поражения на Скалистых островах. Мы не обязаны ему помогать, но и мешать – тоже.
– Как это помешает ему? – спросила Кассандра.
– Мой ответ? Если так посудить, то никак. Вы не остановите его, будь у вас даже целая армия. Однако можете доставить ему определённые неудобства, – она вновь усмехнулась. – Позабавила ты меня, девочка. Уж от тебя-то такого не ждала. Только отчего ж не ждать-то – кровь у нас с тобой общая, рано или поздно ты бы выкинула что-то такое безрассудное, как и я в твои годы.
Внезапно по сборищу ведьм прокатилась беспокойная волна. Кирнан вскинула голову. В отдалении послышались крики. Кали привстала, пытаясь рассмотреть, что происходит.
– Что там такое... – пробормотала она.
Кассандра обернулась, всматриваясь в озабоченные лица ведьм. Крики повторились, и тогда Кали метнулась к главе Ковена, чтобы заслонить её собой. До чародейки причина суматохи дошла раньше, чем она услышала далёкое и полное паники:
– Инквизиция здесь!
Ведьмы бросились врассыпную, и сначала показалось, что их охватил страх. Но потом Кассандра поняла, что каждая стремилась занять свою позицию. Чародейка встретила растерянный взгляд Иветты.