– Нет... – взволновался чародей, мигом сообразив, что Конор задумал.
Он прислонил факел к колонне. Как и ожидалось, влажное дерево загорелось скверно и медленно, поэтому Конор освободил другую руку от меча и ведра и направил в пламя струю тумана, раздувая его. Когда упыри спохватились и бросились к нему, было уже поздно – обойдя несколько колонн, Конор защитился растущей стеной огня. Но этого пока мало.
Ноги почти не держали его. Он поплёлся назад, к другим колоннам.
– Стой! Ты погубишь нас всех! – заорал Мину, толкая упырей к пламени.
Конор обернулся на его крик, но разглядел только встревоженное лицо Лэлеха, шепчущего заклинания.
«Сдохну или нет... Но ему я не достанусь», – подумал он и швырнул факел к колоннам у дальней стены.
Алый туман вырвался на свободу из обоих рук, вдыхая ярость в огонь. Его языки взметнулись к потолку и принялись лизать его до треска. Чародей отступил, с ошеломлением понимая, что его магия против такого бесполезна. Логнар бы этот костерок погасил щелчком пальцев, но некроманту стихии неподвластны.
Сыпля ругательствами, Мину ринулся к выходу. Упыри с минуту пытались тушить колонны, махая плащами, но тщетно. Услыхав жалобный скрип горящих на потолке балок, они удрали вслед за хозяином.
Чародей задержался, ловя взгляд Конора.
– Тебе не отсрочить намерения судьбы, – изложила иссохшая чёрточка безгубого рта учёного.
Конор выставил в ответ средний палец.
Когда чародей исчез, удушливый дым начал заполнять залу. Конор вернулся к ведру с водой, созерцая буйство пожара, которое он практически не ощущал, потому что сам горел изнутри. Пламя перекинулось на трупы, а потом он с удовлетворением услышал, как наверху раздались вопли. Подбадриваемое туманом пламя просочилось на первый этаж, в лабиринте ящиков которого наверняка произошла жуткая давка.
Страха у Конора не было. Только истощение и острая неуверенность в том, что он вернётся к жизни, если откинется под обломками Дома. До этого улыбчивая удача сегодня вполне могла повернуться к нему задницей.
Больше не медля, Конор окатил себя водой и вошёл в огонь.
***
Как только ведьмины оковы, сдерживающие ревущую в теле магию, были сброшены, Иветта рванула вниз по холму, расталкивая плечами членов клана Ясеня. Кассандра кричала ей что-то вслед, но чародейка ничего не слышала – Первоначало, долго и густо бродившее внутри этой священной земли, захлестнуло её воем ненависти.
Она неслась к гранатовым знамёнам, развевавшимся на высоких древках и издали напоминавшим пятна крови, к этим озлобленным тварям, что влачились по окрестностям в поисках нелюдей. Илиары гнали их с Яримы и Лебединых земель, заставляя забредать в Куруад, словно тот был местом ссылки. И они осмелились заявиться в его чащу, в пристанище не только ведьм, но и других гонимых пламенем Инквизиции созданий, в надежде, что поквитаются с обитателями леса за дела Жуткого Генерала.
К тому моменту, как Иветта добралась до Братьев, в первых рядах уже кипел бой. Ведьмы швыряли заклинания в изворотливых солдат, а те орудовали длинными алебардами, кромсавшими плоть на расстоянии. Чародейка ворвалась в гущу сражения, периферийным зрением замечая Рихарда, влетевшего в стан врага с неменьшей яростью. Когда багровые хоругви Церкви скрыли от неё полночное небо, Иветта поняла, что отряд Братства превосходил ведьм числом. Браслет заискрился красным светом, заряженный тёмной магией. Магичка извлекла Первоначало из удобренной жертвоприношением почвы, вобрала его в себя с излишком, и выпустила наружу все воспоминания, обращая их в магию. Пальцы ещё чувствовали тупую боль от вырванных ногтей, а лицо и спина горели, помня на своей коже пляску кнута.
Вспышки, стальной перезвон и крики скоро затопили окружающий мир, утаскивая его на самое дно, в плотный туман крови и смерти.
Через треск заклинаний Иветта услышала воющий набат колокола и не глядя покончила с очередным Братом. Минуя ожесточённые поединки и уклоняясь от случайно летящих к ней ударов, Иветта пошла на звук и обнаружила на границе с лесом гигантскую повозку. На неё водрузили церковный колокол, в который сосредоточенно стучали двое Братьев. Ведьмы, оказавшиеся рядом, зажимали уши и падали на колени, а затем погибали под безжалостными выпадами алебард.
Вот как они прошли через магический щит...
С застывшей на месте Иветтой поравнялся Рихард, одним ударом перерезав глотку подкравшемуся к чародейке со спины Брату.