Взгляд всадника упал на Злату.
– Старуху? Нет. Но мы тут как раз беглецов отлавливаем. Они далеко не уйдут. Возвращайтесь в усадьбу, я позабочусь о тех, что ушёл в леса.
Боярыня смогла задышать полной грудью, когда трещание кустов и шаги легионеров стихли. Она убрала кинжал с горла внука. Незнакомец показал предмет и ей – золотой вершок3 с профилем Сирина. Такими нельзя было расплатиться, их дарили в качестве знака принадлежности к свите короля. Страх сменился опасением, и Злата поглядела в лицо всаднику.
– Ис... Искрен?
– Ну же, залезайте, – скомандовал он, разворачивая коня. – Отведу вас в безопасное место.
– Раздолье теперь с илиарами?
– Раздолье – да, я – нет, – бросил Искрен и протянул Злате руку. – Я уж думал, не успею... Скорее, залезайте.
Боярыня стряхнула с себя оцепенение и помогла Диву сесть впереди брата, а сама взобралась сзади.
– Искрен... – выдохнула она, обнимая его.
– Моя жена знает, где можно укрыться, пока всё не закончится. Пойдём на запад, к морю, – мужчина пришпорил коня. – Ты скажи... отец мёртв?
Злата не ответила. Её руки лишь сильнее обхватили его талию.
– Ничего, бабушка... – растерянно произнёс Искрен и послал коня рысью сквозь чащу. – Ничего... Вы с Дивом живы, это хорошо... Правда, хорошо...
«Мой бедный мальчик», – слёзы обожгли глаза, но она в который раз не позволила им пролиться.
Она хозяйка Лебединых Земель. И навсегда ею останется.
Ощутив вдруг в сердце нарастающую болезненную скорбь, Злата оторвалась от спины Искрена и обернулась, чтобы в последний раз поглядеть на охваченный пламенем дом, видневшийся вдали за деревьями.
***
Комната чародея пустовала.
Дворец, выстроенный из кренившихся из стороны в сторону книг, разросся до невероятных масштабов и теперь подпирал потолок. В темноте это сооружение выглядело как-то особенно зловеще. Марк поднял лампу повыше, чтобы разглядеть стопку фолиантов и присвистнул. С его последнего визита сюда коллекция Логнара значительно пополнилась.
– Кажется, он вынес все библиотеки Темпраста, – отметил он.
– Их здесь куда меньше, чем ты думаешь, – отозвался Берси, шаткой походкой пробираясь к столу мага. – Нам запрещено читать. Книжками интересовались только сехлины.
– Как вы тогда научились?
– Научились? – он нервно хохотнул. – Я до сих пор не умею.
– Погоди, ты же бард. Как ты тогда...
– Всё здесь, – Берси повернулся к Марку и ткнул себя в лоб, едва не промазав и не зарядив пальцем в глаз. – Слова песен так легко туда помещаются.
– Тогда, должно быть, вся твоя башка только ими и заполнена.
– Почему это?
– Да потому, что нам пора уходить. Логнара тут нет. Зайдём позже.
– Мне не нужен чародей, мне нужны его эликсиры, – Берси исчез за башнями книг и оттуда пробормотал заплетающимся языком: – Это зельеце покрепче твоих самокруток будет, если выкурить дюжину...
Где-то в отдалённом участке сознания Марка промелькнула мысль, что, будь он трезв, он бы никогда не ввалился бы ночью в обиталище чародея за какой-то алхимической дрянью. Чего он только в пору своей юности не перепробовал, утратив постепенно интерес к подобным вещам. Но через пару кружек эля рассказ барда о таинственном эликсире, который Логнар припрятывал у себя и глотал в одиночестве, чтобы «пообщаться с богами», обрёл совершенно новые краски. Вполне возможно, что это была байка, сродни тем, что ходили в рядах Сынов об их командирах. Волшебный одурманивающий эликсир вряд ли существовал на самом деле, но предложение Берси было столь соблазнительным, что Марк долго не колебался.
Холод и тишина в чародейских покоях привели его немного в чувство, и он поплёлся вслед за Берси в надежде отговорить его.
– Хорошо, что его тут нет, – донёсся голос барда. – Логнара, я имею в виду. Он бы не отдал нам эликсир. Он туда вихюон подсыпает, ты знаешь, что делают сехлины с вихюоном?
– Наслышан. Давай всё-таки вернёмся назад, а? Пропустим по кружечке..
– Так вот, в эликсире доза слабая, но в сочетании с некоторыми травушками... Ууу... Эта штука доставит нас в Валгаллу, где мы разделим эль с самим Одином, это я тебе обещаю.
«Логнар нас убьёт», – подумал Марк и нашёл Берси у письменного стола чародея.
Прикусив губу от возбуждения, бард рылся в ящиках, поочерёдно открывая их.
– Повезло же, что он их не запирает, – хмыкнул он и, пошатнувшись, чуть не завалился на громадную книжную кипу рядом. – Думает, никто не рискнёт копаться в его вещах... А мы рискнули, хе-хе...
Марк поставил лампу на стол.
– Если он узнает...
– Он не узнает, – перебил Берси и принялся вываливать содержимое ящиков наружу. – Мы ведь уберём за собой, правда?