Поняв, что вконец запутала девушку, вещунья придвинулась к Лете ближе и обхватила сухой ладонью её запястье. Кожа у неё была ледяная.
– Не нужно верить в пророчества, чтобы идти предначертанным путём. Скоро твоё сердце само подскажет, что действительно стоит твоей веры, – произнесла она и вновь указала на амулеты. – Ты обретёшь покой, пролив кровь. Свою или чужую, тут уж сама выбирай.
Старуха выпустила руку Леты и спрятала связку. Керничка, опешившая немного от того, что услышала, не сразу поднялась на ноги, и ещё некоторое время сидела, глядя на танцующих у костра.
– Благодарю за напутствие, – склонила голову она и встала.
Внезапно старуха снова вцепилась в её руку и крепко сжала пальцы девушки.
– Дитя, – слепые глаза остановились на её лице. – Следи за своей раной.
– Какой раной?
Мимо стола прошёл Брэнн в компании двух Сынов, мгновенно перетянув внимание Леты на себя. Она узнала воинов по одежде и напряглась. Ей не хотелось вырывать руку, но старуха сама разжала ладонь, и Лета помчалась за Брэнном.
Она догнала их и, схватив парня за плечо, развернула лицом к себе.
– Только не говори, что пил их дрянь, – настороженно проговорила Лета, покосившись на хмурых воинов.
– Какую дрянь?
– Ту, что употребляют берсерки.
– Кто?... Что ты несёшь?
Лета снова оглядела Сынов, подумав, что хмельная голова подбавила ей лишних фантазий. Но нет, все отличительные признаки были при них. Оба рослые и могучие, застывшие истуканами над керниками, в накидках из медвежьего меха, едва ли прикрывающих обнажённые по пояс тела. А раскрасневшиеся физиономии своими чертами напоминали звериные. Отметив напоследок у каждого на наруче чёрную повязку, Лета уняла смятение. Ей не показалось.
– Ты хоть понимаешь, кто эти ребята? – спросила она у Брэнна.
– Да чего ты прицепилась ко мне?!
– Что происходит? – прогудел один из Сынов.
Лета перевела на него глаза.
– Я тебя знаю, – хмыкнула она. – Ты Снор. Из войска Хеля.
Он утвердительно кивнул, сощурившись.
– Не слышу.
– Чего ты не слышишь, девочка?
– Да, командир, – процедила она.
На челюсти берсерка набухли желваки. Лета не смогла избавиться от чувства собственного превосходства, когда воин нехотя выдавил:
– Да, командир.
– Вы давали ему отвар?
– Пока нет.
– Свободны.
Дождавшись, когда они удаляться восвояси, Брэнн повернулся к Лете и скрестил руки на груди с видом, будто керничка была грозовой тучкой, испоганившей ему прогулку в солнечный денёк.
– Вот какого, Лет? Просто ответь: какого хрена ты делаешь? – пробурчал он.
– Берегу тебя от ошибки. Обращайся.
– Сама себя побереги. Перестань лезть ко мне.
– Ты просил у них отвар.
– Допустим. И что?
– Знаешь, чем это чревато?
Брэнн злобно выдохнул:
– В малых дозах он почти безобиден.
– Я видела, что пойло берсерков делает с людьми. Если так ты хочешь вылечить свои...
Лицо его побагровело и в отсветах костра казалось одного цвета с его пунцовым кашне. Он уронил руки вдоль тела и выпалил:
– Со мной всё хорошо!
– Я так не думаю.
– Отъебись.
Брэнн сорвался с места, задев её плечом, и поспешил смешаться с толпой. Лета посмотрела ему вслед, гадая о способе, которым можно было бы его разговорить. Неужели всё настолько плохо, что он решился пойти путём Родерика? Берсерки были устрашающей силой в сражении, но теряли всякую связь с рассудком. Жизнь в вечном ожидании следующего впадения в транс... Брэнн хотел забыться, как они. Взять в руки клинок и не запоминать того, что будет дальше.
Старухи уже не было на своём месте, но её это не удивило. Беседу с вещуньей можно считать законченной. Эль придал храбрости, и Лета было пошла за Брэнном, но тут вдруг во двор влетел Берси. Растрёпанный, со следами бессонной ночи под глазами, он пробрался через танцующий круг и начал озираться по сторонам.
«А с тобой-то что?»
Выискивающий кого-то диковатый взор мазнул по Лете и, не задерживаясь, направился дальше по людям. Девушку опередил Хальдор, резво подплывший к Берси сбоку. Пользуясь тем, что музыка притихла, когда он поднялся, ярл приобнял барда здоровой рукой и громко произнёс:
– Эй, народ! Это мой друг Берси, которого одарил сам Браг3. Наверняка многие из вас слышали его удивительные строки. Спой нам, дружище, мы тебя просим!
Непривычно серьёзные, от того и показавшиеся Лете безумными глаза Берси остановились на Хальдоре.
– Спою, конечно. Когда чародей явится, – тихо отвечал он.