– Это мы посмотрим, – отвечал имперец, плотоядно ухмыляясь.
Он двинулся на неё. Лета поспешно отпихнула Брэнна в сторону.
– Подержи кота.
Всучив кернику животное, она извлекла меч из ножен за мгновение до того, как на неё обрушился рубящий удар. Отклонившись, она перевернула клинок в горизонтальное положение, парировав следующую атаку. Сехлин удивлённо хмыкнул:
– Быстрая. Но я всё равно быстрее.
В доказательство своих слов, имперец крутанул меч, разрывая блок, и повёл лезвие вниз, целясь в бедро. Лета увернулась. После отбила его новое молниеносное движение, заведя Анругвин за спину. Противник вновь не сдержал изумлённого вздоха.
– А если так?
Он принялся осыпать её градом ударов. Пробудившись наконец, Анругвин снизил свой вес и повёл её руку в нужном направлении. С минуту в банях раздавались хлёсткие звуки встречавшихся клинков и сбившееся дыхание кернички. Уйдя в защиту, Лета судорожно обдумывала план действий. Периферийное зрение её подводило, а мутная пелена на глазу не позволяла как следует рассмотреть противника. В конце концов он задел её, распоров ткань куртки и оставив царапину под ключицей. Она отшатнулась назад, выигрывая себе время для отдыха.
«Дура! Надо было надеть доспехи...»
Сехлин не дал ей ни секунды на передышку. Прыгнул с ликующим воплем к ней, разя короткими колющими ударами.
– Я вижу человека, – цедил он между атаками. – Слабого. Жалкого. Беспомощного человечишку.
Понимая, что вот-вот выбьется из сил от такого бешеного темпа, Лета дождалась самого продолжительного выпада имперца и перехватила лезвие меча ладонью. Пока он таращился на её руку, крепко сжавшую бритвенно-острый клинок, девушка огрела его гардой по голове. Он отпрянул, от неожиданности выпустив клинок. Не позволяя резвому выродку опомниться, Лета прицелилась и всадила Анругвин в незащищённый бронёй пах. Сехлин с диким визгом повалился на пол, пытаясь остановить руками фонтан крови, вырвавшийся из покалеченной промежности.
Схожее с экипировкой илиарских легионеров обмундирование делало этих тварей сложными противниками. Необходимо было разить в неприкрытые места или сочленения доспехов, куда более качественных, чем у упырей. Те её меч пронзал словно бумагу, но с этими приходилось возиться. Материал, ковка, форма – это был не просто защитный панцирь, а вершина кузнечного искусства. Императрица прислала в Темпраст элиту, чтобы за одну ночь прикрыть тородову лавочку с восстанием. И за стенами виллы таких, как этот сехлин, тысячи.
«Нет, городу хана».
Лета отбросила имперский клинок и приблизилась к вампиру, глядя на него сверху вниз. Положив ступню на его колено, она с силой надавила. Он заорал.
– Не мерился бы причиндалами, то победил бы, – выпалила она, выровняв дыхание. – Было бы с кем. У меня-то их нет. А теперь и у тебя, мерзость ты кровососущая.
– Ты, ansam treatura3... – прохрипел он. – Бешеная сук...
Остриё Анругвина вонзилось в его глотку, заставляя умолкнуть. Сехлин забулькал слюной и кровью, но оказался таким живучим, что Лете пришлось буквально изодрать клинком его горло на лоскуты, прежде чем он окончательно замер, уставившись на неё своими глазами-угольками.
Она отошла от вампира и, поморщившись, взглянула на онемевшую ладонь и кровоточащий порез. Вот теперь она точно бесполезна.
Оторвав кусок имперского плаща и перевязав им новую рану, Лета наконец повернулась к Брэнну. Так и не выпустив кота, он разукрасил рвотой воду в бассейне, и так помутневшую от попадавших туда мертвецов.
– Чего вы все блюёте? – буркнула Лета. – Сначала Бора, вот и ты...
– Просто... Это... – посмотрев на имперца, Брэнн прикрыл рот.
– А. Понятно, – уронила девушка безучастно.
Запах смерти в ней самой давно не будил тошноту, а что касалось Брэнна, она и припомнить не могла, чтобы ему тоже становилось плохо. В Уруте и Короне он держался стойко, хотя это были его первые сражения.
Наверху что-то прогремело, похожее на взрыв. Кажется, чародей вступил в бой. Брэнн задрожал всем телом, а вместе с ним и кот.
Лета устало провела рукой по голове и на несколько минут вперила взгляд в пол.
– Так, ладно, – она встрепенулась, тряхнув волосами. – Спрячься тут где-нибудь. Мне нужно идти, – она присела рядом с парнем и тронула его плечо. – А после, если выживем, поговорим о том, что случилось в Строннице. Хорошо?
Громко сглотнув, Брэнн кивнул и уткнулся опухшим от слёз лицом в пушистую кошачью спину. И ни следа прежнего бахвальства, которое он источал ежечасно. Решив больше его не тревожить, Лета поднялась и побежала к выходу.
Коридор встретил её всё тем же молчанием, и она понадеялась, что так будет впредь и никто сюда больше не заявится. Шум с верхних этажей повторился, и девушка поспешила к лестнице.