Вот оно! Бой, который ничего не значит для меня, будто трава для хищника, можно покусать и лапой пару раз ударить, но толку от этого? Открыл окно системы, посмотрел на три горящих сообщения.
“Повержен противник – человек, получено 1 очков развития”.
“Повержен противник – человек, получено 1 очков развития”.
“Повержен противник – человек, получено 1 очков развития”.
Даже система со мной согласна. И дело не в уровне подготовки парней, дело именно в мотивации! Боюсь, решение этого вопроса принесло к моему удивлению некоторое облегчение.
***
Джиневра Ландау, невзрачная женщина далеко за тридцать, пришла на очередные местечковые соревнования под видом репортера газеты «Вестник спорта», которая, кстати, официально существовала и даже выпускалась небольшим тиражом в 1000 экземпляров.
Многие бы удивились, что в такой маленькой газете работает как раз та самая тысяча человек, тысяча, которая колесит по всей стране, такая же тысяча в советах и пару тысяч на остальной мир.
Слишком уж много угроз грозило обрушиться на мир, так что старым соперникам пришлось договариваться. Потому ЩИТ давно всепланетный орган в самом полном смысле этого слова.
Многие были бы разочарованы, узнай, как они, как ЩИТ ищет себе оперативников из тех, кто, естественно, вообще знает о такой организации, потому что большую часть полевых агентов примечают именно вот на таком уровне и, пока они не засветились широко, делают предложение, от которого сложно отказаться.
Джиневра знала, что существует еще и научный «Журнал», но с ними они не пересекались.
Работа нужная и важная, но насколько же скучная.
Внимание привлек молодой парень лет 15-16, больше не дать, он вышел на татами веселым и достаточно бодрым, сам бой прошел практически молниеносно, его противник скрючился на татами. Это все отразилось разочарованием, перерастающим в какую-то детскую обиду, а затем и в скуку.
Возможно адреналинщик, сделала она пометку в блокноте напротив его имени и знак вопроса. Парень перспективный, да, мужчин-оперативников всегда не хватает. Заметку она составит и отправит дальше по инстанции, пусть большие шишки решают.
***
Стоя на крыше здания, смотрел, как не меньше десятка наркодилеров разъезжаются по своим точкам. Даже парочка знакомых лиц попалась, из тех, кто уже выхватывал по морде лица. Попадаться в ловушку мне категорически не понравилось, потому я решил действовать иначе. Зачем мне бить по «пальцам», если могу ударить по «ладони»? По «голове» лупить не дорос, но вот руки будут в синяках.
Новый прием мне в этом поможет. В той памятной драке на крыше не понял, что случилось во время удара кулаком и молнией одновременно, ощутил некую неправильность и только. Понял уже потом, когда экспериментировал на своей «тренировочной базе».
Есть недалеко у нас тут законсервированная строительная площадка, в паре километров от города, разномастных строений там куча, еще и не охраняются.
Таблички с предупреждением, что собственность очень частная, висят, конечно, но там даже сторожа нет, так что пофиг. Весь смысл того удара был в том, что удар молнией произошел уже после контакта кулака и лица, и потратилась от силы десятая часть резерва молнии. Вот и выходит, что могу выдать десяток плюх мощности удара шокером, не ожидая отката.
Пришлось несколько потренироваться, чтобы получалось все как нужно, но оно того стоило, на мой взгляд.
Текс, а вот тебя точно пропущу мимо, заметил серенькую, присоединившуюся к одной из групп.
Грозовой шаг «зацепился» за соседнее здание, остается совсем только прыгнуть. Выдохнул резко, пытаясь успокоить немного адреналин, закипающий прямо сейчас в крови, губы будто сами собой растянулись в оскале.
— Я бы на твоем месте этого не делал, — Я чуть не взвизгнул как маленькая девочка, благо успел осознать, что голос знаком, — Я же говорил тебе, что это опасно, а у тебя нет опыта.
— Ну так научил бы, — Огрызнулся я, найдя взглядом Спайди, сидящего на парапете. Молчание длилось с минуту, не меньше.
— Хорошо, падаван! — Хохотнул он, — Я буду твоим сенсеем.
Я молчал и улыбался, несколько ошарашенный ощущением чего-то…
Паук, может, и в шутку назвал меня учеником, но что-то или кто-то услышало и зафиксировало факт того, что я пожелал стать учеником, а Паук принял меня.