Система уведомила меня о получении шестисот единиц Тираниума. Не теряя времени, я мгновенно направил четыреста из имеющихся восьмисот единиц в Источник, чувствуя, как энергия начинает перестраиваться внутри меня.
В этот момент боль пронзила моё тело с такой силой, будто в грудь влили расплавленный металл. Невыносимое жжение распространялось по венам, заставляя каждую клеточку тела реагировать на эту агонию. Жар разливался по мышцам, вызывая непроизвольные сокращения, а лёгкие словно наполнились огнём.
Я тяжело опустился на кушетку возле входной двери, пытаясь справиться с накатившей волной боли. Моё тело содрогалось от внутренних преобразований, словно сама сущность претерпевала фундаментальные изменения.
Постепенно боль начала утихать, сменяясь странным ощущением наполненности и силы. Улучшение далось нелегко, но я понимал — каждый прирост силы может стать решающим в следующей схватке. Теперь нужно было дождаться, когда тело окончательно адаптируется к изменениям, и решить, как действовать дальше.
Немного подумав, я решительно направил триста единиц Тираниума в развитие Электрокинеза. В этот момент я отчётливо понимал: именно эта способность может стать тем самым ключом, который превратит меня в настоящую угрозу для заражённых. Возможно, это именно та «имбовая» способность, которая сделает из меня смертоносную машину.
Переход на третий уровень оказался намного болезненнее, чем я ожидал. Казалось, будто кто-то погрузил мою голову в кипяток. Мозг словно плавился изнутри, а сознание начало уплывать в тёмную бездну. Я схватился за голову, чувствуя, как боль разрывает черепную коробку на части.
«Может, не стоило улучшать характеристики одно за другим?» — промелькнула запоздалая мысль. Но отступать было поздно. Моё сознание балансировало на грани обморока, а организм отчаянно сопротивлялся подобным нагрузкам.
Я держался из последних сил, цепляясь за реальность всеми фибрами души. Каждая клеточка тела кричала от боли, протестуя против столь стремительных изменений. Время словно замедлилось, превратившись в тягучую патоку боли и страданий.
Постепенно, очень медленно, боль начала отступать. Но то, что осталось после неё, было не менее удручающим. Я чувствовал себя полностью опустошённым, словно из меня выжали все соки — и физические, и моральные. Тело дрожало мелкой дрожью, руки не слушались, а в глазах всё плыло.
Собрав остатки сил, я попытался подняться, но тут же рухнул обратно на кушетку. Организм отказывался подчиняться, словно протестуя против такого издевательства над собой. Каждая клеточка тела кричала о необходимости отдыха, восстановления.
В голове крутилась только одна мысль: «Нужно переждать. Нельзя перегружать организм настолько сильно. Даже сверхспособности имеют свои пределы».
Я закрыл глаза, пытаясь собраться с силами. Впереди ещё много испытаний, и нельзя допустить, чтобы слабость взяла верх именно сейчас, когда я так близок к настоящему могуществу. Но сейчас нужно дать телу время на восстановление, как бы тяжело это ни было.
Дрожащими руками я достал из кармана спортивных штанов заветную банку сгущёнки. Пальцы едва слушались, но я упорно тянул за металлическое кольцо на крышке. С характерным щелчком крышка поддалась, и сладкий аромат наполнил комнату.
Не теряя ни секунды, я прильнул к открытому отверстию, жадно втягивая в себя густую, тягучую жидкость. Сгущёнка стекала по подбородку, пачкая одежду, но сейчас это не имело значения. Мой истощённый организм отчаянно нуждался в углеводах, и эта сладкая бомба была именно тем, что требовалось для восстановления.
Сладкий поток обжигал нёбо, но это была приятная боль. Каждая капля сгущёнки словно давала моему телу новый импульс энергии, помогая справиться с последствиями усилений. Я чувствовал, как постепенно возвращается сила, как мышцы перестают дрожать, а сознание становится яснее.
Покончив с содержимым банки, я вытер испачканные руки о штанину и прислушался к себе. Организм всё ещё был истощён, но уже не так сильно. Слабость отступала, уступая место чувству насыщения и постепенного восстановления.
Немного придя в себя, я понял, что нужно действовать осторожно. Такие резкие улучшения характеристик требуют времени на адаптацию. Нельзя больше перегружать организм — это может привести к непоправимым последствиям.
Я открыл вкладку с характеристиками Электрокинеза и с удовлетворением отметил ожидаемые улучшения. Радиус контроля расширился до двадцати метров, а время управления увеличилось до двадцати секунд. Моё восприятие электричества стало тоньше.