Последний жгут энергии замкнулся в сеть, и я с нескрываемым облегчением увидел, как формируется практически неприступный барьер перед заражёнными. Полина, совершенно обессиленная, буквально рухнула на пол, тяжело дыша. Её лицо было бледным, а руки дрожали. Я заметил, как она неотрывно следит за тем, как твари продолжают бессильно биться о натянутые вдоль окна электрические хлысты, издавая пронзительные вопли.
Я специально не делал барьер сплошной стеной — оставил большие просветы между жгутами, создавая максимально эффективную защиту. Через эти промежутки невозможно было пролезть, но они позволяли нам наблюдать за происходящим снаружи. Каждый жгут пульсировал голубоватым светом, создавая вокруг окна своеобразную энергетическую паутину.
Я начал методично обходить квартиру, проверяя надёжность каждого барьера. Время от времени приходилось подпитывать жгуты энергией, чтобы поддерживать их напряжение. Мои пальцы едва слушались, но я упрямо продолжал работу. У входной двери заражённые оказались особенно настойчивыми — они продолжали ломиться внутрь, словно обезумев. Я пустил короткий разряд электричества через металлическую поверхность, и это быстро остудило их пыл. Твари с визгом отпрянули от двери.
Постепенно натиск снаружи ослабевал. Казалось, вожак наконец понял бесполезность атаки и решил поберечь своих «бойцов». Я видел, как заражённые отступают, прячась за углами домов.
Пока я укреплял оборону, Полина занялась поиском припасов. Она открыла холодильник и поморщилась от запаха подпорченных продуктов, но среди них нашлись и съедобные запасы. Я наблюдал, как она выкладывает на стол всё съедобное. В шкафчиках обнаружились запасы печенья и других сладостей. Полина работала методично, словно робот, передвигая банки и пакеты.
Я был настолько истощён, что голод буквально сводил с ума. Мы ели молча, жадно поглощая пищу. Каждый кусок казался особенно вкусным после изнурительной битвы за выживание. Мои руки дрожали, когда я подносил ко рту бутерброд. Полина ела медленнее, словно пытаясь растянуть удовольствие от еды.
Наши взгляды то и дело обращались к окнам, проверяя надёжность барьеров, но сейчас можно было позволить себе короткую передышку.
Внезапно Полина подняла руку:
— Слышишь?
Я прислушался. Тишина. Только далёкий вой заражённых доносился с улицы.
— Ничего, — прошептал я.
— Нет, — она покачала головой. — Какой-то звук… словно кто-то двигается.
Мы замерли. И тут я услышал — тихие, почти незаметные шаги. Но не снаружи. Где-то в глубине квартиры…
Сердце замерло. Кто-то был здесь. Кто-то, кроме нас.
Шаги затихли где-то в глубине зала. Неизвестный словно замер в ожидании, наблюдая за каждым нашим движением. Время, казалось, остановилось, превратившись в тягучую смолу, в которой мы тонули, не в силах пошевелиться.
Я быстро окутал руки молниями, схватил горсть конфет и, не жуя, проглотил их — нужно было срочно восполнить запас энергии. Сладкий вкус смешался с металлическим привкусом крови во рту. Полина поднялась следом за мной, её дыхание было прерывистым, а пальцы впились в моё плечо. Наши взгляды встретились — в её глазах читался немой вопрос и страх. Мы двинулись в сторону зала, стараясь не издавать ни звука, каждый шаг давался с трудом, словно невидимая сила пыталась удержать нас на месте.
Я шёл первым, держа руки наготове. Пальцы покалывало от напряжения — электрические разряды готовы были сорваться в любой момент. Воздух вокруг меня искрился от накопленной энергии, создавая едва заметное фиолетовое сияние. Каждый шаг отзывался гулким эхом в ушах, усиливая напряжение до предела.
Заглянув за угол, я почувствовал, как холодный пот стекает по спине, пропитывая одежду. В зале, у окна, стоял он — заражённый. Полностью обнажённый, его тело было покрыто коркой запекшейся крови, которая местами отслаивалась, открывая бледную плоть. Он медленно повернулся, переводя взгляд с окна на нас.
Это был он — тот самый заражённый с белыми глазами. Его зрачки-точки метались между мной и Полиной, словно выбирая следующую жертву. Его улыбка стала шире, обнажая острые, пожелтевшие зубы, между которыми застряли обрывки чьей-то плоти.
Не раздумывая, я выпустил электрического феникса в атаку. Хищная птица, сотканная из молний, устремилась к противнику… но прошла сквозь него, словно через туман. Разряд отскочил от стены и вновь устремился к вожаку — снова безрезультатно. Молния пыталась поразить противника ещё дважды, но тщетно. Наконец, сгусток энергии растворился в воздухе, оставив после себя запах озона.