— Сынок… почему ты бросил нас? — его голос дрожал от боли и разочарования.
В этот момент голос Ирины раздался прямо над моим ухом:
— Брат… ты… бросил нас?
Я резко обернулся, встречаясь взглядом с сестрой. Ирина стояла передо мной в изорванной, пропитанной кровью одежде.
— Я… ждала тебя… — прошептала она. — Ты… бросил меня.
— Нет! — отчаянно замотал я головой. — Я пытался выжить!
— Правда? — раздался шёпот Полины сзади. Её окровавленные руки обхватили меня за талию, а её тело прижалось ко мне. Я почувствовал, как её формы, ещё недавно такие желанные, теперь вызывали только отвращение.
Её дыхание, пахнущее свежестью и мятой, обожгло мою шею.
— Останешься со мной? — прошептала она, и я, повернув голову, встретился с её белыми глазами.
— Нет, вы не настоящие… — отпрянул я, пытаясь вырваться из её хватки.
По щекам матери потекли кровавые слёзы.
— Мы настоящие… сынок. Ты не смог помочь, — простонала она, её голос разрывал моё сердце на части.
— Что толку в твоей силе? — спросил отец, качая головой. — Ты не спас никого. Ни нас… ни друзей, который погибли по твоей вине.
Из тёмного угла выступила массивная фигура Петровича. Его руки были искусаны, одежда пропитана кровью.
— Ты… из-за тебя заражённые полезли к нам… — прохрипел он, его голос был полон ненависти.
Из другого угла, шатаясь, вышла Аня. Половина её лица была съедена, обнажая кости и мясо.
— Костя… — прохрипела она, её голос был едва слышен. — Мне нужна была помощь…
Я отступал, пытаясь найти выход из этого кошмара, но фигуры преследовали меня, их голоса сливались в единый хор упрёков и обвинений. Каждый шаг назад только приближал меня к новым призракам моей вины, к новым напоминаниям о том, что я не смог спасти.
В воздухе повисло ощущение безысходности. Все эти люди, когда-то близкие и дорогие, теперь обвиняли меня, и каждое их слово било больнее любого физического удара.
— Я пытался… — прошептал я, но мой голос утонул в хоре упрёков.
Комната начала кружиться перед глазами, стены словно сжимались вокруг меня, а призраки приближались, их руки тянулись ко мне, готовые утащить в пучину вины и отчаяния. Я чувствовал, как паника охватывает меня, как страх сковывает тело.
Я отпрянул к стене, чувствуя, как холодные, липкие пальцы призраков почти касаются моей кожи. Их окровавленные руки тянулись ко мне, словно когти голодных хищников, оставляя багровые следы.
— Я не виноват! — мой крик эхом отразился от стен. — Я пытался выжить!
Резким, судорожным движением я оттолкнул руку Ирины от своего лица. В тот же миг грозовой феникс сорвался с моей ладони — огненная птица с крыльями, охваченными электрическими разрядами, метнулась к призраку сестры, рассекая воздух пронзительным криком.
Мама стояла передо мной, её кровавые слёзы стекали по щекам, оставляя тёмные дорожки на лице, пропитывая одежду.
— Ты чудовище… такой же, как и все они… — прохрипела она, и в её голосе звучала такая боль, что у меня защемило сердце.
Грозовой феникс взревел, наполняя комнату запахом озона и грозового дождя. Электрические разряды трещали в воздухе, когда хищный силуэт птицы расправил крылья. Каскады молний одна за другой ударяли в призраков, развеивая их в ничто, оставляя после себя лишь тёмные клубы дыма.
Внезапно Полина, стоявшая в центре зала, бросилась на меня с невероятной скоростью. Её движение было настолько стремительным, что я едва успел заметить её силуэт. Грозовой феникс, словно почувствовав опасность, развернулся и устремился ей навстречу. Сгусток чистой энергии пронзил грудь противника, вышел из спины и окутал заражённого электрическими разрядами. Тело начало дёргаться в конвульсиях, издавая жуткие звуки.
— Костя… помоги мне… — прошептала она голосом, который на мгновение показался мне таким родным, таким настоящим.
Но я лишь смотрел, как моя собственная энергия, принявшая форму грозового феникса, сжимала электрические путы всё сильнее, сжигая тело противника. Я видел, как её плоть начинает тлеть под воздействием молний, как кожа чернеет и трескается.
Тело Полины начало рассеиваться, словно дым на ветру, но путы лишь крепче сжимались вокруг её шеи. Заражённый наконец начал принимать свой истинный облик — массивная мужская фигура с искажённым в злобной гримасе лицом, с клыками, оскаленными в нечеловеческом рыке. Феникс сжал его горло, и внезапно всё перед глазами поплыло, словно расплавленное стекло, искажая реальность.