Старик помнил его… Тогда этот человек был ещё совсем мальчишкой, обречённым на то, чтобы умереть, но так и не спасти остатки цивилизации. И тысячи лет не пожил…
Тогда же полный сил и энергии старик любил находить достойных и отправлять их души в собственный мир на перерождение. И даже сохранял их разум. Кому-то везло родиться в тот же год, а кто-то ждал долгие века. Впрочем, это ожидание для них казалось лишь мгновением.
И вот старик увидел, как эти люди идут с верой в собственного повелителя. И идут прямо к его давно заброшенному храму.
«Или же он не обречён?» — подумал тогда старик, поняв, что этот мужчина не смертный. И не бог.
На него не распространялись правила, сдерживающие старика. И в тоже время мужчина был слишком могущественным, чтобы старик мог явить божью милость и спасти его вместе с людьми. Тот просто не мог потянуть такую ношу…
«Ну, всегда всё можно сделать поэтапно… А благословлённый вечностью богоубийца наверняка поможет мне в битве с этими уродами», — подумал в тот день старик и явился к людям, чтобы показать дорогу к Храму.
Быстро приведя Храм в порядок и запечатав его, защищая от смертельной опасности людей, он заключил договор со всё ещё выглядевшим как юноша мужчиной и отправил его в свой мир на поиски нового дома.
Всё сложилось как надо, и старик был уверен, что теперь он будет не один на этой войне. Но вскоре защита, наложенная божественными друзьями, которые затворниками сидели в своих мирах, разрушилась под давлением Герры прямо у него на глазах. Осталась лишь его печать. И поддерживать её было слишком накладно… В решающий час у него могло не оказаться сил для финальной битвы. Поэтому старик решил идти ва-банк…
— Люди! Гости моего храма! Этот мир отныне мёртв. Лишь призраки прошлого кричат в забвении. Настал ваш час отправиться в новый дом. Однако, чтобы разом столь многие отправились так далеко, мне понадобится ваша помощь. Сила, поддерживающая портал. Путь займёт порядка десяти дней, и медлить нельзя. Те, кто останется, будут вынуждены, невзирая ни на что, поддерживать его стабильность своими силами. Есть ли среди вас добровольцы, что останутся здесь, пока я веду остальных в мир, что ваш Дан назвал новым домом? — прокричал старик, смотря в глаза тысяч женщин, детей, стариков и редких мужчин, что выжили, встречаясь лицом к лицу с угрозами мёртвого мира.
Многие поднялись в тот же миг, как старик задал свой вопрос, но резко замолчали и опустились на колени, стоило ауре повелителя разойтись во все стороны…
— Для подобной миссии мы и были рождены. Неугасаемые души из дома Вечности, обретя элементальные тела, справятся и не с такой задачей. Я жил как Дан. Я умер как Дан. И был возрождён своим сыном, что стал новым Даном. Кому как не мне и моим боевым братьям заняться этим? ЭЛЕМЕНТАЛИ! ВЫ ГОТОВЫ УМЕРЕТЬ?
— ВО ИМЯ ДОМА ВЕЧНЫХ! ВО ИМЯ ЖИВЫХ! ВО ИМЯ БУДУЩЕГО! — прокричали тысячи элементалей.
Отец Дана подлетел к старику и пронзительно посмотрел в его глаза.
— Пути обратно не будет…
— Таким, как я, не нужна вода. Не нужен свет. Не нужна еда. Мы выдержим столько, сколько потребуется, поддерживая портал. Этот мир, может, и мёртв. Но его душа всё ещё жива, пока мы здесь. Передай моему сыну, чтобы он не забывал, ради чего мы живём. И ради чего мы умираем.
— Обязательно, — ответил старик и повернулся в сторону главных ворот Храма. — Такие, как вы, заслуживают каждой капли крови, пролитой ради чуда…
С этими словами старик сформировал в руке кровавую сферу и принялся расширять её, постепенно высыхая и превращаясь в мумию.
Сфера полетела к воротам и в магическом сиянии трансформировалась, образуя портальное марево межмирового перехода.
Очень далёкого и длительного перехода, где каждый шаг равнялся сотням тысяч километров…
Глава 2
Между обычными духами погибших смертных — хоть преступников, хоть героев — особой разницы нет. Все они так или иначе переживают за свои судьбы, за своих близких, свои мечты. С такими проще всего работать. Их сознание попало в ловушку, и они не замечают хода времени. Стоит слегка пробудить их и дать понять им, что прошли годы, десятилетия, века, и большая часть из них моментально отказывается от «якорных идей», что удерживают их в этом мире. Лишь немногие достаточно одержимы, чтобы продолжать своё бесконечно бесполезное существование в этой промежуточной форме между жизнью и смертью. С такими работать уже сложнее. Но даже к таким можно найти подход. А порой можно и дать им шанс всё изменить. Особенно если их мышление подходит для обретения нового тела, а их цели не противоречат моим требованиям и намерениям.