- И ты туда же, Нара? Вот уж от кого не ожидала!
- Что именно ты не ожидала? Что ему нравятся блондинки? – ехидно поинтересовался Канкуро.
- Что он будет участвовать в твоих идиотских обсуждениях! – вспыхнула Темари.
- Мне казалось, тебе тоже нравятся блондинки, – спокойно отозвался Нара, проследив за взглядом кукольника: Ино весело щебетала с Макото, поминутно улыбаясь и сверкая голубыми глазами.
- Сменим тему, – неожиданно резко проговорил Канкуро. – Расскажи, как Акацки уделал, Нара?
- Думаю, Темари все и так рассказала. – Шикамару пожал плечами, наблюдая за тем, как Райкагэ в порыве чувств раздавил в руке стакан с лимонадом, увидев, что Гаара завел беседу с Тсучикагэ. И теперь несколько слуг женского пола, отталкивая друг друга, стремились вытереть с широкой мускулистой груди великана прозрачные капли освежающего напитка.
- Почти ничего, – хмыкнул марионеточник. – Баки, правда, пролил свет на некоторые интересные подробности, которые, к моему глубочайшему сожалению, не вошли в официальный отчет для Кадзекагэ. – Канкуро хитро прищурился, заметив, как алеют щеки сестры. – Но он таки тоже не видел, как ты его мочил. Колись!
- Я его взорвал, а потом закопал. – Нара поставил пустой стакан на стол и сунул руки в карманы.
- Эм… Лаконично.
- В общем, так и было. Куча взрывных печатей, огромная яма, море крови, расчленёнка, нецензурная лексика. Всё, как ты любишь. – Бегло взглянув в глаза песчанику, Нара ухмыльнулся и вернулся к созерцанию теперь уже сухого, но слегка липкого Райкагэ, который никак не мог избавиться от повышенного внимания женской половины обслуживающего персонала.
- Что-то это непохоже на тихого, ленивого и трусливого Нару, которого я знаю, – криво усмехнулся Канкуро.
Прежде чем Темари успела замахнуться и отвесить братцу знатный подзатыльник, Шикамару повернулся и взглянул марионеточнику прямо в глаза.
- Значит, ты плохо меня знаешь, – тихо, с выражением проговорил Нара. – Увидимся, Темари! – бросил он через плечо, направляясь к своей делегации.
- В чем твоя проблема, Канкуро? – накинулась на брата Темари.
- У меня нет проблем, сестрёнка. – Тяжелый взгляд кукольника провожал ссутуленную спину Нары.
- Зачем ты к нему цепляешься? Мне казалось, вы неплохо ладили.
- Так и есть. – Канкуро поспешно перевел взгляд на сестру. – Не переживай, Тем. Это мужские заморочки. Как думаешь, о чем разговаривает Гаара с этим стариканом? – Кукольник кивнул в сторону Тсучикагэ.
- Не знаю, – буркнула Темари, обеспокоенно глядя через весь зал на смирно стоявшего за спиной Цунадэ Шикамару. – Наверное, обсуждает утреннюю сессию.
Хатаке Какаши кивнул подошедшему Шикамару и вернулся к изучению висевшего на противоположной стене традиционного светильника. Дорогой предмет мебели был явно ручной работы: каркас из редкого сорта тикового дерева был перетянут тончайшей рисовой бумагой, на которой были изображены витиеватые узоры райских садов. Копирующий ниндзя никогда не был большим ценителем дизайна интерьеров, однако сейчас он методично пересчитывал искусно нарисованных красочных птичек на светильнике, только лишь для того, чтобы не смотреть в прозрачные серые глаза стоявшей рядом Харуки.
Он уже успел украдкой изучить ее во время первой сессии Совета. За те два месяца, что они не виделись, она, казалось, немного похудела и выглядела усталой, что, в принципе, было неудивительно, учитывая, сколько усилий она, видимо, потратила на убеждение Мидзукагэ и налаживание дипломатических связей Кири с Альянсом. В уголках серо-стальных глаз расползлись красные сеточки сосудов, фарфоровая кожа казалась несколько бледнее обычного, отчего на ней еще ярче выделялся легкий румянец, появлявшийся на щеках каждый раз, когда она ловила на себе его изучающий взгляд. Длинная золотая челка была небрежно прихвачена небольшой заколкой, вероятно, одолженной у своей ученицы. Неприметная, не украшенная кокетливыми цветочками или бантиками, эта заколка, тем не менее, словно магнитом притягивала взгляд Копирующего.
Хотелось с ней заговорить, но он не знал, с чего начать. То, как они расстались на крыше резиденции Кадзекагэ после экзамена на чуунина, не давало ему морального права сразу же честно признаться, как он по ней скучал. Как не доставало ему всегда ехидно прищуренных серых глаз, едкой ухмылки тонких губ, нежного румянца на бледных щеках и ироничного голоса с легкой хрипотцой. Как много он думал над ее словами, сподвигшими его вести непримиримую и кровопролитную борьбу с внутренними демонами. Как мучительно хотелось ему коснуться ее прохладных пальцев.
Какаши вздохнул.
- Решила отрастить волосы? – не глядя на нее, наконец начал он. – Интересненько.
- Не хватило времени подстричься, – скептически изрекла Харука.
- А я уж было подумал, что первый шаг к женскому платью сделан, – напомнил Копирующий их последнее неоконченное пари.
- Я не сдаюсь так легко. – Он был готов поклясться, что на тонких губах сейчас была та самая ехидная ухмылка, по которой он так скучал. – А Вы как поживаете, Какаши-сан? Вы здоровы?
- Вполне, – отозвался Хатаке. – Неважно выгляжу?
- О, нет. Просто сегодня Вы снова не притронулись ни к еде, ни к напиткам… Гай-сан разработал для Вас новый график лечебного голодания? Или Вы по-прежнему стесняетесь снимать маску? – Харука обернулась к нему, серые глаза прищурились.
- Это больше не проблема, – титаническими усилиями скрывая торжество в голосе, ответил Какаши. – Нет ничего невозможного для человека с интеллектом.
- Ну, в Вашем интеллекте я не сомневаюсь, – ухмыльнулась она. – Тогда, может быть, кофе? – Тонкая рука протянула ему небольшую чашку с ароматным напитком. – Черный, два сахара.
- Вновь интуиция? – хмыкнул Копирующий, принимая из ее рук чашку, украдкой кончиком мизинца касаясь ее пальцев.
- Хорошая память, – парировала она.
- Мне не хватало твоих колкостей, – не выдержав, выдавил Какаши, жадно всматриваясь в удивленно распахнувшиеся от его неожиданной откровенности льдистые омуты. Казалось, она хотела что-то съязвить в ответ в своей обычной манере, но острые черты лица смягчились, а глаза спрятались под опущенными светлыми ресницами.
- Я тоже скучала по нашему соревнованию, Какаши-сан. Жаль, что теперь некому вести счет, – Харука вновь подняла на него взгляд. – Как здоровье Джирайи-сама?
- Он в коме. Но его жизни ничто не угрожает, – ответил Хатаке. – Прогноз положительный, но когда он придет в себя, пока неизвестно. – Повисла минутная пауза. – А счет можно вести самостоятельно. Пока что четыре-три в твою пользу.
- Жду не дождусь, когда Вы его сравняете, – прищурилась мечница, указывая взглядом на чашку кофе.
Какаши легким движением стянул с лица верхнюю маску и как ни в чем не бывало сделал глоток кофе. В темно-сером глазе Копирующего мелькнули предательские искорки торжества.
- Забавненько, – Харука ухмыльнулась, повторяя его интонации и скептически изучая неровный стежок, которым была обметана прорезь для рта. – По крайней мере, можно с уверенностью утверждать, что кроличьих зубов там нет. Представляю, как огорчится Наруто.
- Четыре-четыре, – победно возвестил Какаши.
- Соглашусь. Вот только, скажу Вам по секрету, Какаши-сан, – девушка подалась чуть вперед, заговорщически оглядевшись по сторонам, – всех Ваших поклонниц в Конохе беспокоит, не помешает ли маска всему остальному.
- Остальному? – удивленно приподнял бровь Какаши.
- От ярого поклонника творчества Джирайи-сама можно было ожидать более богатой фантазии, Какаши-сан. – Харука иронично улыбнулась, сделав несколько глотков кофе.
Копирующий почувствовал, как краснеет и горит кончик правого уха, как сбивается дыхание, как спина покрывается жаркой испариной, как позвоночник будто бы пронзает разряд Райкири, скручивая низ живота в тугой, жаркий, тянущий узел. Снова. Что же она с ним творит, черт возьми!
- Это вызов? – хрипло произнес он и прокашлялся. – Хочешь еще одно пари?
- Нет, что Вы. Если мне не изменяет память, наш предыдущий спор закончился для Вас мучительно больно, – напомнила мечница. – Это просто информация к размышлению.