- Ивагакурэ давно живет, рассчитывая только на свои силы. Союзы шиноби никогда не приносили ничего, кроме измен, предательства и новых войн, – ответил упрямый старик.
- Поэтому нам так важно именно Ваше участие, Тсучикагэ-доно, – невозмутимо проговорил Гаара. – Только Ваши опыт и мудрость помогут нам избежать ошибок предшественников.
Ооноки замолчал, поджав губы и пристально глядя в бирюзовые глаза молодого Кадзекагэ.
- У тебя неплохой советник по дипломатии, – наконец тихо проговорил Тсучикагэ, тщательно скрывая, насколько польстили ему слова молодого человека.
- Непременно повышу ему жалование, – ответил Гаара.
- Не думай, что ты заставил меня поменять свое мнение об этом вашем «Альянсе Шиноби»! – повысил голос старичок, сурово сдвинув брови. – Я обещаю только одно: предоставить имеющуюся у меня информацию.
- О большем не смею и просить, – чуть улыбнулся Гаара и, слегка поклонившись, вернулся к оставившим в покое несчастную старушку сестре и брату, провожаемый взглядами всех присутствующих.
Возбужденный взгляд Темари практически кричал, выражая одновременно возмущение поведением Тсучикагэ и восхищение выдержкой и хладнокровием брата. Канкуро слегка ухмылялся, пытаясь отцепить от своего локтя пальчики сестры.
- Я слышал, в Стране Горячих Источников очень вкусные фрукты, – спокойно начал Гаара, понимая, что присутствующие по-прежнему прислушиваются к каждому его слову.
- Я попробовал сливы, – отозвался Канкуро, стараясь звучать как можно более буднично. – Неплохие.
Гаара склонился к столу, облегченно отметив, что зал постепенно заполняется фоновым гулом голосов.
- Это... это было круто! – восторженно шептала Темари.
- Рад, что доставил тебе удовольствие, – устало выдохнул Гаара.
- А твой советник по дипломатии, которому планируется повысить зарплату, это, случайно, не я? – поинтересовался Канкуро, отправляя в рот виноградину.
- Не хотелось расстраивать Тсучикагэ-доно, вот и пришлось пообещать повысить жалование несуществующему советнику. – Гаара чуть улыбнулся уголками губ, посмотрев сначала на сестру, потом на брата.
Вторая половина дня прошла менее напряженно. Атмосфера в зале заседаний стала ощутимо спокойнее и даже доброжелательнее. Обсуждение с каждой секундой все больше напоминало беседу и все меньше походило на монолог Гаары. Тсучикагэ по-прежнему хмурил брови, сердито скрестив руки на груди, но в его суровом взгляде больше не было враждебности. Он даже позволил себе несколько нейтральных комментариев и пару обнадеживающих кивков. Райкагэ чувствовал себя не в своей тарелке. Увидев, что его недавний компаньон все больше вовлекается в процесс переговоров, великан тоже начал прислушиваться внимательнее и скупо отвечать на реплики коллег. Оставаться в оппозиции одному было уже не так почетно и интересно. Мидзукагэ приободрилась, настроение Цунадэ значительно улучшилось. Даже на бесстрастном лице Гаары Шикамару удалось прочитать тень удовлетворения, смешанную с усталостью: беседа с упрямым стариком, потребовавшая нешуточной выдержки и самообладания, отняла много сил.
В итоге после двух часов обсуждения все карты были на столе. Суна, Коноха и Кири поделились всей имеющейся у них информацией и даже высказали свои предположения о том, что пока было доподлинно известно только их коллегам из Ивы и Кумо.
Пауза затянулась. Шикамару обвел глазами комнату. Цунадэ скрестила руки на груди и откинулась на спинку стула, исподлобья глядя то на Ооноки, то на великана Райкагэ. Мидзукагэ, скучая, подперла рукой голову, нетерпеливо барабаня пальцами по столу. Гаара тоже откинулся в кресле, скрестив руки на груди, и стеклянным невидящим взглядом смотрел прямо перед собой. Тсучикагэ снова нахмурился, размышляя над непростым выбором, Райкагэ то и дело бросал на него яростные взгляды. Надо было либо заканчивать разговор на этом самом месте, либо решаться и рассказывать свою часть. Шикамару поймал взгляд Темари и украдкой сложил ладони буквой Т, дождавшись кивка, он шагнул к столу:
- Вы позволите, Хокагэ-сама? – Шикамару склонился к Цунадэ. – Может быть, стоит сделать перерыв до завтра? – прошептал он, заметив боковым зрением, что Темари также склонилась к Гааре и что-то говорит ему. – Нет смысла давить на них, – продолжал Шикамару, – мы продвинулись даже больше, чем ожидали.
Цунадэ свела брови на переносице, обдумывая предложение. Шикамару выпрямился, наблюдая за разговором Гаары и Темари, наконец, Кадзекагэ бросил быстрый взгляд в его сторону и едва заметно кивнул. Шикамару прикрыл глаза в ответ, затем Гаара и Цунадэ обменялись понимающими взглядами.
- Коллеги, мы обсудили все, что планировали. – Гаара положил руки на стол. – Если ни у кого нет возражений, давайте сегодня на этом закончим. И встретимся завтра в девять утра?
- Поддерживаю, – быстро ответила Цунадэ.
Мидзукагэ кивнула, Тсучикагэ и Райкагэ облегченно вздохнули. И уже через несколько минут зал опустел.
На выходе Какаши, Харука и Макото, а также примкнувшие к ним Ино и Чоджуро неуверенно переглядывались, не желая расходиться. Подоспевший Канкуро, по-хозяйски закинув руки на плечи Ино и Мако, предложил всем вместе сходить в местную забегаловку, славившуюся шашлычками, и отметить встречу. Мимо чинно проследовала делегация из Скрытого Облака, заставив их расступиться, чтобы пропустить крупных мужчин. Затем ушли представители Ивы во главе с миниатюрным Тсучикагэ. Куротсучи, которую крепко держал под локоть отец, обиженно и тоскливо посмотрела на собравшуюся веселиться компанию.
Наконец, из зала вышел Гаара, на ходу говоривший о чем-то с Темари. Как только они поравнялись с мявшимся в дверях Шикамару, Нара кашлянул и попросил девушку уделить ему пару минут. Песчаница слегка покраснела, порывисто кивнула брату и отошла в сторонку вместе с чуунином Листа. Гаара подошел к компании ожидающих.
- Вы не откажетесь поужинать с нами в шашлычной, господин Кадзекагэ? – картинно поклонился Канкуро, обведя широким жестом всех присутствующих. – Нижайше просим.
- Социализация – зло и безнравственность, мой блистательный! – тут же присоветовал Шукаку.
- Не откажусь, – проигнорировав паясничавшего брата и философски настроенного Биджу, согласился Гаара, и возглавил потянувшуюся к выходу компанию, завязав беседу с Какаши и Харукой.
- Перестань так краснеть, – шепнула Ино на ухо мгновенно залившейся краской Макото. – Это неприлично.
- А как же Шикамару-кун и Темари-сан? – поспешно сменила тему та, посмотрев на беседовавших через плечо.
- Нет смысла их ждать, – лукаво улыбнулась Яманака, выразительно кивнув на стоявшую у ног Нары плетеную корзинку для пикника, – похоже, у них другие планы.
- Идем! – Канкуро мягко подтолкнул девушек к выходу, на прощание наградив Шикамару недобрым взглядом.
====== Глава 43. Путь ниндзя ======
Тонкая полоска света между веками усилием воли расширилась, и Саске увидел каменный потолок и скользившие по нему отблески тусклого пламени. Тишина. Мозг отдал неуверенные сигналы конечностям, тело отозвалось вялым шевелением пальцев рук и ног. Сделав осмысленный вдох полной грудью, он почувствовал, как чуть слышно треснула ткань повязки, стягивавшей ребра. Юноша приподнялся на локте и оглядел помещение, поморщившись от расползавшейся по телу тупой боли. Небольшая комната без окон, таких он в жизни повидал немало, скудная, но практичная обстановка. Боль, совершив круг почета по телу, финишировала в голове впечатляющим фейерверком, сопровождаемая головокружением и темнотой в глазах. Пальцы непроизвольно сжали виски.
- Наконец-то ты очнулся.
Саске прищурился, пытаясь разглядеть говорившего в тускло освещенной комнате. В кресле у противоположной стены, закинув ногу на ногу и повернув к нему закрытое оранжевой маской лицо, сидел мужчина. Саске был хорошо тренирован и рефлексы не подвели, Шаринган вспыхнул, он бросил еще один взгляд на сидевшего в кресле человека и неожиданно наткнулся на такой же Шаринган. Учиха?
В то же мгновение левый глаз пронзила острая боль, словно в него воткнули раскаленную спицу и принялись медленно вкручивать все глубже и глубже, стремясь просверлить череп насквозь. Из глаза по щеке стекла теплая, густая кровь. Обладателя Шарингана в маске охватило черное пламя, невысокие, но прожорливые языки которого облизывали всю правую половину его тела. Отчаянно борясь с огнем, незнакомец исчез, растворившись в воздухе. Саске растерянно оглянулся, не веря, что негасимое пламя Аматерасу породил именно он.