Саюри нервно сглотнула, запоздало догадавшись о вопросе, на который ответил Итачи, и непроизвольно поёжившись от того, каким холодным был его голос. Саске потупился, нахмурив брови. Девушка бросила неуверенный взгляд на Кабуто.
- А глаза? – откашлявшись, пришёл на помощь ирьёнин. – Для чего нужны глаза Саске-куна?
- Для меня, – ответил Итачи, чуть повернув голову на голос Кабуто. – Я хотел попросить вас, Кабуто-сан, сделать мне операцию по пересадке глаз.
- Но… – неуверенно протянул Саске. – Ты ведь сам говорил, что для того, чтобы Мангекьо был вечным, необходимо пересадить себе Шаринган от родственного донора.
- Так и есть, – кивнул Итачи. – Это именно та операция, которую сделал тебе Тоби.
- Но разве у владельца не должны остаться обе пары глаз? – недоумевал Саске.
- Твой Мангекьо оставался вечным, при том что твои глаза хранились у Тоби, разве нет? – уточнил Итачи. – К тому, же ума не могу приложить, отото, куда ты хотел пересадить себе вторую пару глаз.
Кабуто внимательно следил за лицом старшего Учихи и в этот момент был готов поклясться, что уголки его губ дрогнули, обозначая иронию. Ирьёнин недоверчиво моргнул и только тут заметил, что и Саюри, и Саске выжидающе смотрят на него.
- Эм… – Кабуто поёрзал в кресле-качалке. – Я, безусловно, попробую вживить вам Шаринган, Итачи-сан, – проговорил он. – Однако гарантировать успех операции не смогу, поскольку с момента удаления глаз прошло довольно много времени. И теперь могут возникнуть проблемы с функционированием зрительного нерва.
- Но… – Саске замолчал, подбирая слова. – Если возможна взаимная пересадка глаз, то почему раньше никто из клана не прибегал к этому способу, чтобы обрести вечный Мангекьо?
- Это эксперимент, – пояснил Итачи.
- На который никто не решился до этого, – тихонько проговорила Саюри.
- И если он кому-то под силу, то только вам, Кабуто-сан, – проговорил Итачи.
- Благодарю за доверие, – ошарашенно кивнул ирьёнин.
- Если подумать, то с момента первого пробуждения Мангекьо Мадарой прошло не так много времени. При определенном раскладе, Мадара мог бы быть нашим дедом или прадедом, Саске. – Итачи вздохнул, будто внутренне чувствовал, что младший брат до сих пор не получил желаемого ответа на вопрос. – Он был странным человеком. Сложно представить и понять ход его мыслей.
- Почему Вы так считаете? – спросила Саюри.
- Я просто делаю выводы из его поступков, – ответил Итачи, склонив голову. – Многие наши сородичи считали, что Мадара был самым великим Учихой, гордостью клана и образцом для подражания. Я же думаю, что он был почти безумен, по крайней мере, одержим. Его ослепляла жажда власти и силы, и ничто кроме этого не имело для него значения. Как иначе объяснить то, что он ради эксперимента убил своего лучшего друга, а потом и ослепил брата, чтобы увеличить силу своих глаз?
- Возможно, случайное пробуждение Мангекьо происходило и раньше у других членов клана в результате сильных моральных потрясений, – предположил Кабуто. – А Мадара вёл наблюдения, изучал зафиксированные случаи и сделал определённые выводы. Жестокие и аморальные выводы, но кто мы, чтобы его судить?..
- Вы правы, – согласился Итачи. – И я не сужу. Я лишь отвечаю на вопрос. Так вот, возможно, Мадара в своём стремлении к власти не обращал внимания на побочные эффекты.
- Лес рубят – щепки летят?.. – выдохнула Саюри.
- Что-то в этом роде, – подтвердил Итачи. – При этом его авторитет в клане был огромен, и вполне возможно, что никто просто не посмел поставить под сомнение правоту указанного им пути.
- Почему же ты решился? – Саске испытующе посмотрел на брата.
- Ты же знаешь, отото, клан никогда не был для меня догмой. – Он едва заметно улыбнулся. – К тому же, у нас не такой большой выбор. – Он помолчал немного, потом повернул голову в ту сторону, где сидел Саске. – Кстати, ты должен пообещать мне кое-что. Если ты станешь главой клана, обещай мне уничтожить всю информацию о Мангекьо Шарингане из архивов Учиха и приложишь все усилия, чтобы твои дети и дети твоих детей никогда не узнали о том, как его получить.
Саске молчал, Саюри недоумённо крутила головой, переводя взгляд с одного брата на другого, Кабуто сжал в руке контейнер и напряжённо ждал.
- Обещаю, – наконец сказал Саске.
- Спасибо. – Итачи кивнул. – Я даю такое же обещание. А вам, Кабуто-сан и Саюри-сан, также придётся пообещать хранить то, что вы знаете, в тайне.
- Обещаю, – тут же ответила Саюри.
- Обещаю, – подтвердил Кабуто.
- Благодарю, – слегка склонил голову Итачи. – Что ж, если других вопросов нет, то…
- Я узнал ещё кое-что, – замялся Саске. – К сожалению, я знаю не слишком много, но Карин предложила Тоби использовать какую-то технику, которая позволит воскрешать мёртвых шиноби и управлять их волей. Они планируют собрать образцы умерших сильнейших шиноби и использовать их в войне против Альянса.
- Воскрешение мёртвых возможно с помощью Риннегана, – пробормотала Саюри.
- У Тоби гораздо меньше чакры, чем было у Нагато, – тут же отрезал Итачи, нахмурив брови. – И он вживил себе Риннеган совсем не давно, он не сможет его использовать в полную силу. К тому же, такое воскрешение не даёт возможности управления волей воскрешённого.
- Тогда какую технику они имеют в виду? – переспросила Саюри.
- Эдо Тенсей, – ответил на её вопрос Кабуто, поднявшись из кресла и поставив резервуар с глазами на стол. – Эту технику изобрёл и впервые использовал Второй Хокагэ Сенджу Тобирама. Орочимару одно время проводил её масштабные испытания и довольно сильно преуспел, даже слегка усовершенствовал её.
- И что, в самом деле это возможно? – изумилась Саюри.
- Это не воскрешение. В том смысле что человек остаётся мертвым, у него не бьётся сердце, он не дышит, – принялся рассказывать Кабуто. – Он находится в полном подчинении пользователя техники, делает только то, что тот прикажет. И после того, как её действие будет рассеяно, он останется мёртвым.
- Карин сможет использовать эту технику? – спросил Саске.
- Думаю, да, – ответил Кабуто. – Запасы чакры у неё достаточные. Могут возникнуть проблемы с концентрацией при параллельном управлении большим количеством воскрешённых, но при некоторой тренировке она сможет их преодолеть.
- Какую информацию необходимо передать Альянсу об этой технике? – спросил Итачи. – Что-то, что сможет помочь противостоять ей.
- Несколько вещей. – Якуши деловито скрестил руки на груди. – Во-первых, не стоит стремиться убить воскрешённых. Они обладают неиссякаемым запасом чакры. И они неуязвимы.
- Но тогда как же?.. – растерянно пролепетала Саюри.
- Их можно только запечатать, – ответил Кабуто. – Это единственный способ их обезвредить. – Он помолчал, сосредоточенно нахмурив брови. – Второе: ни в коем случае нельзя убивать пользователя техники. Если его убить, то воскрешённые бесконечно будут исполнять его последнюю волю. Её надо рассеять. И сделать это может только сам пользователь.
- Но как можно заставить пользователя рассеять технику? – не унималась Саюри.
- Всё зависит от твоей фантазии, – мрачновато проговорил Кабуто. – Можно применить генджуцу или другую технику, которая заставит пользователя делать то, что ему велят. Можно. Или просто переубедить.
- Но для этого необходимо сначала его найти, – глухо отозвался Итачи.
- Это не так трудно, – оживился Кабуто. – Применение техники требует повышенной концентрации. Сложно совмещать это с каким-то другим действием, даже самым простым, без определённой тренировки. Думаю, в случае Карин она будет вынуждена не двигаться с места. Причём выбрать такое убежище, где её бы никто не мог случайно потревожить. Надо искать уединённое, безопасное место.
- Может быть, и искать не придётся, – вмешался Саске. – Я постараюсь выяснить, куда её спрячет Тоби.
- Это было бы самым простым вариантом, – согласно кивнул Якуши.
- У меня ещё есть список шиноби, чьи гены велел принести Тоби. – Саске порылся за пазухой и вытащил помятый листок. – Это моё задание. – Он положил листок на стол и подвинул к Саюри.
- Я сейчас перепишу, – быстро сориентировалась она, вскочила и скрылась в коридоре.