— Алло!
— Привет, дядя! — послышался возбужденный голос племянника. — Как дела?
— Нормально, — коротко ответил Вудди, намереваясь как можно побыстрее закончить разговор.
— Я звоню тебе по одному очень важному вопросу, — в голосе племянника послышались заискивающие нотки. — Хочу занять денег...
— У меня ничего нет! — рявкнул Каллохен, но вдруг ему в голову пришла гениальная идея.
Он мгновенно приободрился и переменил тон.
— Фрэнк, дорогой, — защебетал Вудди в трубку, — у меня нет наличных, но зато я могу предложить тебе одну очень выгодную работу...
— Работу?
— Да, дорогой. Приезжай и поговорим.
Сникерс и братья-близнецы стояли рядом с шефом и, открыв рты, слушали его разговор с племянником. А Вудди, войдя в роль благотворителя, так и сыпал комплиментами.
— Милый Фрэнк, ты справишься с этой работой за пятнадцать минут и получишь за нее двадцать тысяч, — ласково уговаривал он. — Дело верное, и я бы сам с удовольствием сделал это, но годы не те...
— Ладно, дядя, я сейчас приеду, — согласился заинтригованный Фрэнк и повесил трубку.
Каллохен потер ладони и радостно улыбнулся.
— Считайте, что мазня Матисса у нас в кармане! — воскликнул он, обводя компаньонов по очереди довольным взглядом.
— А ты уверен, что твой племяш справится? — недоверчиво спросил Сэм.
— Конечно! — Вудди стукнул себя кулаком в грудь. — Ведь в нем течет кровь Каллохенов, а это уже кое-что означает!
Близнецы переглянулись и с сомнением пожали плечами...
Фрэнк не заставил себя долго
ждать. Через десять минут он переступил порог конторы и, увидев дядю, бросился к нему с расспросами.
— Побыстрее говори, что я должен делать? — торопился он. — А то я отпросился на полчаса, ребята там без меня штукатурят.
— Дорогой племянник, — торжественно начал Вудди. — Мне приятно, что именно тебе выпала такая честь! Не каждый способен сделать то, что ты сделаешь в воскресенье.
На лице Фрэнка появилось недовольное выражение.
— Значит, это не срочная работа? — разочарованно протянул он. — А я-то думал...
Вудди, который сбился с мысли из-за несвоевременного вмешательства племянника, замолчал. Несколько секунд он хлопал глазами, пытаясь вспомнить основную тему разговора, и наконец продолжил:
— В воскресенье ты должен проникнуть в дом миллионера Симпсона и снять со стены картину Матисса.
Фрэнка совершенно не удивило странное предложение дяди.
— А как я узнаю, какую картину нарисовал тот самый Матисс? — деловито уточнил он.
— Там будет намалевана полуголая телка в красных штанах, — быстро ответил Вудди и, боясь очередного отказа, принялся вводить Фрэнка в курс дела: — Короче, в воскресенье ты проникаешь в дом Симпсона, снимаешь со стены картину, которая стоит сто тысяч долларов, и немедленно едешь в Ньюпорт. Оплачиваешь номер в гостинице и связываешься со мной по телефону. Я перезваниваю заказчику и говорю, что все о’кей. В тот же день в пять ты встречаешься с покупателем на заброшенном рыбокомбинате и передаешь ему картину. Он выплачивает тебе твою долю, и вы расходитесь в разные стороны. Рыбокомбинат находится на острове Керри. Туда доберешься на катере...
— Я все понял, — неожиданно легко согласился Фрэнк и, повернувшись на сто восемьдесят градусов, направился к выходу.
Близнецы раскрыли рты, и Джон демонстративно покрутил пальцем у виска. Сникерс, который всегда туго соображал, с досадой крякнул:
— Жаль, что в воскресенье я иду в гости к бабушке. А то бы и я не прочь подзаработать.
— Нет, я сделаю все сам, — быстро возразил Фрэнк, обернувшись. — Мне срочно нужны деньги, и поэтому я согласился.
Когда за племянником закрылась дверь, Каллохен удовлетворенно потер ладони и с сожалением произнес:
— Да, этот малый не в нашу породу... Говорил же я Сюзи, не выходи замуж за этого оборванца Брайна. А она не послушалась, и в результате у них родился Фрэнк.
— Шеф, а ты уверен, что он справится? — осторожно поинтересовался Сэм.
— Конечно, — кивнул тот. — В воскресенье Симпсон уезжает за город. Пока он будет прохлаждаться в объятиях какой-нибудь красотки, мои знакомые электрики отключат в доме сигнализацию. Так что Фрэнку ничего не угрожает.
На лицах близнецов появилось разочарование. Они уже сожалели о том, что не согласились на предложение Вудди.
А Каллохен, довольный тем, что сделка не сорвалась, принялся обзванивать заказчиков и предлагать им ворованную аппаратуру, которую продавал на вес. Он как раз договаривался с Рыжим Томом, когда к нему подошел Сникерс и тихо пробубнил: