- Как я рада принимать вас в Киселях, дорогой князь! - прощебетала я.
Он рассыпался в благодарностях за гостеприимство. Монолог князя переводил, сбиваясь на каждом слове на "э...", его толмач. Я внутренне кипя, слушала эти спотыкания. Князь осыпал меня комплиментами; толмач в куцем виде передавал их мне. У переводчика речь получалась раза в три короче, чем была в оригинале - и гораздо суше. После пяти минут этих словесных излияний на меня напала нестерпимая зевота. "Нужно срочно что-то предпринять, пока не заснула прямо здесь и своим откровенным неуважением не вызвала межгосударственный скандал." - поняла я. Дождавшись, пока итальянец сделает малюсенькую паузу, чтобы набрать дыхания, я спросила его в лоб:
- А что вас привело в наши земли?
Он вылупился на меня с отвисшей челюстью, как будто я сказала нечто непозволительное. Я усмехнулась про себя: "Знаю, что у вас, женихов, принято ещё несколько дней вешать мне на уши лапшу из комплиментов и льстивых словесов, но я предпочитаю прямоту и откровенность."
- Давайте поближе к делу. - мягко подстегнула я его, с нетерпением ожидая признания в любви.
- Кхе-кхе. - закашлялся князь и, мигом растеряв свою льстивую галантность, пробормотал несколько коротких фраз. Толмач, экая и запинаясь перед каждым словом, сообщил мне, что Его Сиятельство немного простудился в дороге и желал бы сейчас удалиться в отведённые ему покои, а цель визита к Елене Прекрасной обсудить в другое время. Мне ничего не оставалось, кроме как вздохнуть и пожелать князю-притворщику поскорей выздоравливать. Он принялся благодарить и потянулся было облобызать мою руку, но я спрятала её за спину под предлогом необоримого смущения. Поклонившись, гость направился к дверям, а я мрачно пробормотала под нос:
- Надеюсь, к завтрему поправишься! - и вздрогнула, когда князь обернулся и послал мне очаровательную улыбку. Скривившись, я отвела взгляд.
Прогулка. "Подслушивая, можно узнать много интересного"
К себе я поднялась в самом отвратительном настроении. Мало того, что скотина-князь не попросил моей руки и не дал мне повода ему отказать, так ещё и пожить на чужих харчах вздумал, прикинувшись болезным! "Ну, погоди у меня, я тебе покажу Кузькину мать!" - бесилась я, стаскивая с себя кокошник. Зашвырнув его в дальний угол, сбросила туфли и отпнула их подальше. Еле дождалась, пока с меня снимут побрякушки и стянут платье и сразу выставила всех вон.
Напялила на себя родные изношенные джинсы, измятую майку и метнулась к зеркалу - неужели я такая уродина, что даже какой-то захудалый князёк на меня смотреть не хочет?! Блестящая поверхность отразила меня в привычном виде. Только макияж, который не успела стереть, придавал лицу какую-то кукольность - японцы бы оценили. Благодаря ему глаза казались почти голубыми; так-то они у меня ближе к серому. Но, похоже, ни серые, ни голубые моего поклонника они не зацепили.
- Дурак! - в сердцах обозвала я князя. - Напыщенный козел!
От избытка чувств получилось громко, даже истерично. Пометавшись по комнате в тщетных попытках успокоиться, я обратилась к проверенному средству - насмешке. В детстве я была тощей, как Кощей Бессмертный и моя худоба служила объектом для зубоскальства со стороны одноклассников. Их злые шуточки обижали меня до слёз - до того счастливого мгновения, пока меня не осенило, что в целях самозащиты нужно обратить против них самих их же собственное оружие. Тогда уже я начала изводить забияк издевками и колкостями. И хотя за длинный и острый язык частенько приходилось платить синяками, от этого он лишь острее жалил. Моё оружие оказалось эффективней грубой силы и било больнее кулаков: поняв, что иначе от меня не отделаться, меня оставили в покое. Я стала парией, зато перестала рыдать в подушку по ночам. Чувствуя, что окружающие боятся меня и ненавидят, я преисполнилась глубоким уважением к великой мощи Слова. С тех пор активно ею пользуюсь.
Именно высмеиванием я и собралась подлечить потрёпанные встречей с лже-женихом нервы и вернуть себе утраченное душевное спокойствие. Поэтому, вспомнив дурацкую одежду князя, я намеренно постаралась представить его в как можно более смехотворном виде. Воображение у меня развитое, так что скоро я уже хохотала от всей души. Подняв себе настроение, я решила выйти в сад, прогуляться - не сидеть же теперь весь день взаперти из-за этого клоуна!