— Телефон уронила, — предупредила она, надеясь, что родитель услышит ее голос.
Наклонилась ниже, чтобы заглянуть в щель. Попыталась приблизиться. Неудачно переступила с ноги на ногу и поскользнулась. Упала прямо в скопившуюся у бордюра ледяную жижу. Колено прижгло болью, а бедро — холодом от впитавшейся в юбку воды. Лена закрыла глаза. Что же происходит, в конце концов?
— Дочь! — прогремел отец.
Лена попыталась подняться, но снова поскользнулась и опять больно ударилась коленом. Вздохнула и позволила себе разреветься окончательно. Абзац в ее жизни обретал поистине феерический размах.
Глава первая. Чемодан без ручки
За пятнадцать дней до дня рождения Лены
— Давай одновременно поделимся нашими новостями, Дима! — предложила Лена и уставилась в экран, чтобы посмотреть мужу в глаза. Приласкать взглядом своего голубоглазого красавца. За две недели командировки соскучилась так сильно, что боялась задушить его в объятиях при встрече. Хорошо, до нее осталось всего два дня. Хватила ртом воздух и продолжила тоном детского аниматора: — Раз! Два! Три!
— Машка беременна от меня, — выпалил муж, и новость Лены застряла где-то в горле.
— Что за шутки, Мимоходов? — поинтересовалась она серьезно. Сердце забегало в груди рвущимся на свободу смертником. — Я таблетки пить перестала, а ты ведешь себя как мальчишка. Какие дети, когда…
— Прости, — муж опустил глаза и покраснел. — Это не шутки.
Лена тяжело проглотила слюну и вгляделась в экран ноутбука. Что происходит, черт возьми? Дима, еще до недавнего времени, только ее Дима, напоминал проштрафившегося школьника. Красный как рак, муж хмурился и смотрел куда-то в сторону. Она потерла лицо и шумно вздохнула.
— Эта та Машка, про которую я думаю? — поинтересовалась хрипло. В горле пересохло, и слова давались с трудом.
— Да, сестра Вадика. Но я все объясню! — Дима поднял на нее глаза и попытался улыбнуться. — Случайно вышло…
— Ах, случайно! — Лена предусмотрительно встала из-за стола и отскочила от ноутбука на шаг. Не ровен час, сметет его в порыве гнева. Сжала кулаки. Метнула на экран полный негодования взгляд. — Жизнь полна случайностей! Шел по улице, упал, чувствуешь, кончаешь в чужую девку. Так? Дима, мне скоро тридцать три года. Ты за кого меня держишь?
— Не так, конечно, Лен, — муж, кажется, собрался с мыслями и пустился в объяснения. — Пьяный был. На мальчишнике у Славки перебрал, а ты в командировке, вот я и скосячил. Прости, я не знаю, как так вышло. Больше не было ничего, клянусь! Это все твои командировки боком выходят… Если бы ты была рядом, я бы никогда…
— Заткнись! — Лене казалось, все внутри горит от негодования. — Если бы не твоя ипотека, не было бы никаких командировок! Сам говорил, нам нужны деньги. Все четыре года после нашей свадьбы полощешь мне мозг, что надо накопить на декрет, и что? Оказывается, по пьяни можно и без накоплений. Тварь! И трус. Сказать глаза в глаза и то побоялся.
— Да я узнал только вчера! — почти выкрикнул Дима, и Лена почувствовала, как от волнения и злости задергалась мышца в районе шеи. — Машка звонила, я трубку не брал, а вчера Вадик сказал, что если я не могу решить вопрос с его сестрой самостоятельно, он попросит совета у тебя. Вот я и занялся.
— Подожди, ты знал, что так может случиться?
— Ну да, я ж пьяный был. Резинку забыл.
— Абзац, — подытожила Лена. — Еще и по врачам теперь бегай, как ошпаренный. Одно радует, мальчишник у Славки был два месяца назад, все уже выползло.
— Брось, роднуля. Все будет хорошо. Приедешь, сдадим анализы и займемся делом. Раз уж ты таблетки отменила. Так давно ждем.
Леня почувствовала, как ее колотит мелкая дрожь. Он что, думает, это все вот так вот просто? Можно сделать вид, что ничего не случилось, и жить дальше? Нет, все они с прошлым, конечно, но с Димой верилось, что все будет по-человечески. Казалось, иначе и быть не может. Ан нет, может, и еще как.
Предательски зачесались глаза. Лена торопливо поморгала, отгоняя слезы, еще не хватало разреветься.
— Ты чего, роднуля? — ринулся в наступление муж. — Обиделась, что ли? Брось. Это все ерунда, физиология. Ты отлично знаешь, что я товарищ темпераментный, меня надолго оставлять без присмотра нельзя.
Лена сжала спинку стула. С какой бы радостью съездила бы по этой раскрасневшейся физиономии удобным увесистым предметом.
— Вернусь, посажу на цепь, — сообщила со всей возможной холодностью. — Раз мозгов себя контролировать не хватает.