Неясно, зачем Милане общаться с владельцем «Дворянской трапезы». Тем более минуя ассистента. Вряд ли она может ему что-то продать, Царь таких на завтрак ест, а как женщина она его не заинтересует. Лена видела парочку его пассий, он любил дам в теле, а не субтильных моделей. Разве что в «Веселом поваре» эту просьбу придумали, чтобы был повод выслать ей отчет? Но зачем? Махнула рукой. Черт знает… В любом случае стоит поговорить с Ефимом. Расставить все точки над i. И чем скорее, тем лучше, долгих метаний ей просто не выдержать. Рвать надо резко и решительно. Так отпустит быстрее.
Вздохнула и поставила мясо в микроволновку. Сейчас поест и разберется, что к чему.
К концу трапезы твердо решила наведаться к Ефиму в Питер завтра после врача. Билеты были, сил хватало, на работе никто не ждал из-за больничного, так что она вполне могла посвятить время путешествию. Осталось только отыскать в переписке адрес горе-любовника и куда-то пристроить котов. Можно, конечно, оставить их отцу, но совсем не хочется отвечать на его вопросы.
Усмехнулась промелькнувшей мысли, прихватила ключи, нырнула ногами в тапочки и направилась к соседке. Аделаида Степановна любит животных и не должна отказать.
Женщина еще не спала. Увидев Лену, она расплылась в улыбке и пригласила зайти. Гостья тоже невольно улыбнулась, глядя на ее домашний наряд. Строгому простому платью из шелка в огурцах могла бы позавидовать любая театральная прима.
— Я к вам с неприличной просьбой, Аделаида Степановна, — начала Лена осторожно.
— И что же неприличного вы можете мне предложить, Леночка? — лукаво отозвалась соседка. — Развлечение втроем? Боюсь, вынуждена буду отказаться. Еще лет пять назад я бы собралась с силами из любопытства, а сейчас прошу прощения.
Лена хихикнула в кулак. Иногда шутки этой женщины совсем не сочетались с ее внешностью. Впрочем, сейчас она, похоже, высмеивала неправильное употребление слова.
— Все еще неприличнее, — заверила гостья. — Я хочу уехать на пару дней в Питер, не могли бы вы присмотреть за котами? Корм оставлю, нужно будет просто поглядывать, как они.
— Конечно, присмотрю. Едете вместе с Фимой? Уж простите мое любопытство, но я несу за этого молодого человека ответственность…
— К нему, — ответила прямо. Врать не было смысла, они с любовником заходили поздравить соседку с праздником, и тогда-то Лена и узнала, что Аделаида Степановна — приятельница почившей матери Ефима. — Хочу сделать сюрприз. Нанести внезапный визит. Только адрес надо найти. В переписке.
— Я вам дам! У меня есть, — оживилась соседка. — Хотите чаю с шарлоткой? Сын приходил, но у меня еще половина осталась.
— С удовольствием, — согласилась Лена. — Она у вас лучше, чем у самого именитого шефа.
— Мне приятна ваша лесть, голубушка, — отозвалась Аделаида Степановна и поманила гостью в сторону гостиной. Та покорно пошла за хозяйкой дома. В присутствии других людей хотя бы не мучила холодная тоска, но забыть о Ефиме здесь, похоже, была не судьба. Судя по настрою соседки, о нем тут собирались и рассказать, и расспросить, и дать рекомендации по эксплуатации экземпляра.
Глава шестнадцатая. В Петербург и обратно?
Всю дорогу от нотариуса Ефим боролся с желанием позвонить Лене. Вчера вечером побеседовать толком не удалось, когда набрал ей на выходе из «Сапсана», она уже спала и не стала болтать долго. Сегодня ему с самого утра не терпелось услышать ее голос. Сначала отвлекали дела: завтрак, сделка у нотариуса, согласование передачи квартиры с Алексеем, а после желание поговорить хоть немного стало невыносимым. Душа просила рвануть обратно в Москву и убедиться, что с его нежной блондинкой все в порядке.
Не рванул. Только позвонил. Номер оказался недоступен. Написал, но Лена пока даже не прочитала сообщение. То ли была где-то без сети, то ли не уследила, заряжен ли смартфон. Ефим отругал себя нетерпеливым подростком и направился в ювелирный. Вчера вечером магазин был уже закрыт, а ему позарез требовалось подобрать колечко для важных переговоров.
Собственно, эту ювелирную лавку он приметил давно, почти сразу после развода. Чтобы как-то заполнить пустоту, встречался с милой моделью, а она требовала всяческих знаков внимания. Лавка фигурировала в ее вишлисте, девушка хотела авторские серьги с сапфирами на день рождения. Он обошелся украшением попроще, и подруга сначала обиделась, а после и вовсе исчезла из его жизни. Зато в ней остался ювелирный магазин. Ефим отправлял туда каждого, кто хотел сделать оригинальный и смелый подарок. Сегодня, похоже, настала его очередь.