— Что–то плохое?— Радомир внимательно посмотрел на Владора, но внешне ничего не увидел.
– Скорее удачное,— усмехнулся тот,— теперь я вижу в полной темноте и очень хорошо слышу.
— Говорил медикам?
— Ещё нет. Успею сказать.
— Хорошо. За Алексом незаметно проследи.
Владор кивнул и вышел в коридор, оставив Радомира одного.
Внизу, на минус двадцатом этаже, в медицинской лаборатории всё же решили вскрыть останки одной твари. Той самой, что вылезла у всех на глазах из груди инопланетянина.
Множественные раны, сожжённая "огненным смерчем" — эта тварь не представляла никакой опасности. Остальных успели сжечь в термопечи при ультравысокой температуре, заранее взяв застывшую кровь на анализ.
Термопечь в лаборатории была из сплавов с другой планеты. Выход горения не требовался. Всё сжигалось внутри печи до такой степени, что не оставалось даже пепла. В огонь добавлялось особое вещество — цироний, добываемый в горах планеты Центурия.
В этой огромной печи сжигались опасные монстры, и всё, что связано с вирусами.
Тварь лежала мёртвой тушей на огромном столе для препарирования.
— Если Радомир узнает, то прибьёт нас,— парень одел лёгкий костюм из ткани, которую делают специально для медиков, работающих с вирусами. Он был похож на космический, со шлемом, полностью из прозрачного стекла, закрывающий тело от попадания любого вируса. Костюм герметичен, в него встроено переговорное устройство, позволяющее общаться с другими.
— Не узнает,— усмехнулся второй,— мы никому не скажем.
— Готовы?— начальник лаборатории уже оделся и настраивал запись, которая будет записывать всё, что они делают. Исследование инопланетной твари — дело серьёзное. Тем более, что после её укуса элевианцы стали изменяться. Вирус, которым она заразила, просто укусив, ещё не изучили. Сложно и трудно изучить то, что действует очень быстро.
Никто не заметил, как лапа лежавшей твари дёрнулась. Мёртвое не может просто умереть, если есть...
Глава 21 Оля. Новая реальность.
— Оля, просыпайтесь,— зудел голос над ухом.
— Уже всё закончилось?— пролепетала девушка, пытаясь открыть глаза.
— Всё только начинается,— проскрипел голос.
Оля резко открыла глаза и чуть не задохнулась. Воздух застрял в горле и девушка закашлялась. Она находилась в какой-то комнате, без окон. Дверь забита досками, а на полу валялся различный мусор. Даже потускневший, ржавый бластер пылился в углу.
— Ничего, это пройдёт,— похлопал её по спине горбун и отошёл, припадая на левую ногу. Одет он был в старый, местами разорванный костюм, который сидел на нём, словно мешок.
— Что я здесь делаю?— Оля вытерла рукой выступившие слёзы на глазах.
— Прячешься,— горбун принёс ей тарелку с кашей, — ешь. Тебе надо много есть.
— Зачем мне много есть?— тупо спросила девушка и взяла тарелку. Обжёгшись, поставила на стул, стоявший рядом с ней. И повторила свой вопрос. Горбун тяжело вздохнул и посмотрел на девушку.
— Ты ничего не помнишь, — констатировал он.
Оля помотала головой и снова взяв в руки тарелку, попробовала кашу. По вкусу она была, как жжённая резина, жёсткая и бесвкусная. Она осторожно поставила тарелку с кашей обратно.
— Снаружи страшно. Там бродят безумные и переродившиеся. Тебя я нашёл в заброшенном здании. Ты бродила там, ничего не понимая. Но ты жива и здорова,— кивнул горбун своим мыслям и ушёл в тёмный угол.
Оля внимательно осмотрела себя. Никаких ран нет, чувствует себя хорошо. Только одета она тоже странно. Джинсы грязные и с рваными дырами, футболка вроде цела.
"Где я ползала, чтобы настолько вымазаться в грязи! Интересно, а как я выгляжу?"— подумала девушка и обратилась к горбуну, который возился в углу.
— Можно мне попросить зеркало?
— Во! Зеркало ей захотелось! Нет.— сказал, как отрезал и снова занялся своими делами.
Оля тихо встала и подошла к двери, забитой досками. Потрогала каждую и оказалось, что они просто закрывают дверь поперёк, не давая открыть её снаружи. Доски были закреплены в деревянных пазухах, расположенных по бокам двери. Надо только снять их и иди себе наружу. А вот что там? Оля вынула одну доску из пазух и сняла с двери, тихо поставила рядом. До второй не удалось даже дотронуться — горбун вскинулся и зашипел:
— Я сказал тебе! Нельзя!— он быстро проковылял к ней и сердито оттолкнул.— Там опасно! И ты это знаешь! Только забыла.
Горбун взял доску и в этот момент, за дверью заскребли и застонали.
— Там помощь нужна кому-то! Я медсестра и должна помочь!— вскрикнула Оля.