В Нарцисса многие были влюблены: красивый юноша.
В нашей истории девушка, а не юноша, но вполне красивая, только такая мерзкая как человек, что всех отталкивает. Нарцисс-из-мифа тоже был не сахар, но, видимо, уж очень красив, совсем красив, что красота даже компенсировала характер.
Богиня мщения, Немезида, наказала Нарцисса. Кого-то не того там Нарцисс отшил. И отшил грубо очень, совсем плохо, вот и прилетело. Кармически.
Немезида заманила Нарцисса в лес, к водоёму со спокойной водой, где юноша увидел сам себя в отражении. И влюбился в себя. Потому, что он, ну, огонь. Никто не может устоять. Даже он сам.
Нарцисс не смог отойти от собственного отражения, настолько он был восхитителен, что глаз не отвести.
Он не мог отойти даже, чтобы поесть.
И умер с голода.
А на месте, где лежал его труп, вырос цветок, ну вы поняли, нарцисс.
Вот и кто в здравом уме назовёт девочку именем героя-юноши, который был несчастен, а потом и вовсе умер от голода и страданий от неразделённых чувств?
Нет.
Это было её прозвище. Когда она стала чуть постарше. А сначала она всем нравилась.
Когда Нарцисса была совсем малышкой, Мир ещё не умирал. И призраков не было. Были люди. Как у нас. Не знаю, куда делись.
Люди умилялись эльфиночкой: её заострённым ушкам, её голубым глазкам, её копне молочных волос. А детский эгоизм – он очарователен, особенно, если ребёнок такой красивый.
– Это моё, – говорила Эльфиночка про всё, что увидит. Её эгоцентризм проявлялся ещё и в жадности.
– Хи-хи, – отвечали взрослые.
– Это моё, – говорила Эльфиночка про нектарины, забирая себе миску с шестью нектаринами, хотя сама и одного не могла осилить.
Взрослые дурашливо закатывали глаза и ласково говорили:
– Кто у нас тут такой жадный? Кто у нас тут такая жадная маленькая эгоисточка?
А потом мама дула эльфиночке в животик, а эльфиночка смеялась.
Неважно, как звали Эльфу на самом деле.
Сейчас Нарцисса и не помнила своего прошлого имени.
Кажется, она всегда была Нарциссой.
Второе. ∞
Вселенных бесконечное множество. Миров бесконечное количество. Людей – бесконечное разнообразие. Последнее – к сожалению. Вот бы все были такими пусечками как я. И все обожали меня, как я себя обожаю... ладно, вернёмся к бесконечностям...
Бесконечное количество цветов.
Бесконечен космос. Бесконечны звёзды.
Бесконечны сериалы. Бесконечны оттенки серого. Бесконечно придумываются песни.
Мир богат: в мире беспредельно много всего. Беспредельно много вариантов фасона юбок, количества конечностей и микробов.
Так много всего. Так много облаков, запахов и рек.
Так много букв, звуков и текстов.
Да, текстов тоже много.
А ты читаешь мой.
Ты псих?
Ничего получше выбрать не мог?
Третье. Дом у тебя огонь, Волшебник
– Не буду тебе открывать, – ответил Волшебник. – Я тебя знать не хочу.
– Почему это? – Удивился Том.
Они разговаривали через закрытую дверь. Солнце проглядывало через плотные кроны деревьев. Том стоял босой.
– Ты предал меня, – обиженно ответил Волшебник.
Волшебнику самому не понравилась, как это прозвучало, так что он решил исправиться:
– Я скорее дом вместе с собой сожгу, чем тебе открою, – так более мужественно.
Том нахмурился, не переставая улыбаться, задумался. Когда это он друга предавал? Да никогда бы он Норберта не предал бы. Глупость какая. Норберт его лучший друг.
– Ну хорошо. – Сказал Том. – Желание друга – закон.
Том отошёл подальше, наколдовал оранжевый фаербол и кинул его в деревянный дом Волшебника, но не в дверь, чтобы Волшебник мог выбежать.
Огонь схватил дерево сразу. Дерево сухое: дождей давно не было. Не сказать, что прямо сильно вспыхнуло, но вспыхнуло, хотя как-то неэффектно. Огонь начал расползаться неторопливо, но набирая обороты с каждой секундой.
– Что ты имеешь в виду? – Забеспокоился Волшебник. – Ты же не подожжёшь мой дом?
– Узнаешь минут через пять, – Том захохотал.
Том повалился на траву, просто потому, что он любил валяться на траве или других поверхностях, смеялся и наслаждался природой, пусть и довольно пластиковой. Волшебник молчал, а огонь расползался всё быстрее, ускорялся и вот уже лизнул крышу. Огонь стал таким большим, то теперь Том валялся под приятное потрескивание дров.
Дверь резко распахнулась.