– Привет, – Том продолжал смеяться. – Ты передумал?
– Ты ведь знаешь, что я боюсь огня! – Возмутился Волшебник выбегая из дома. С трудом выбегая. Потому, что он опять был в своих длинных одеяниях, а в них особо не побегаешь. – Что ты за человек такой!
– А я не человек, я ящер! – ха-ха-ха.
Уже четверть дома была объята огнём.
– Тут же деревья! Огонь перекинется и весь мой лес сгорит!
А Том продолжал смеяться глядя на испуганное лицо друга.
– Нори, ты совсем не изменился с тех времён, когда мы сидели рядом и писали лекции по трансформации жаб в людей и людей в жаб!
Четвёртое. Мой нос потрогали
Огромная комариная тень нависла над Драконом. Дракон подняла голову.
– Hello, – поздоровалась Дракон.
Над Фивой висел не комар, а бог Шива. По крайней мере, Фива так его себе представляла. Ну или почти так.
Шива, вроде, был парнем, правда, а над Драконом нависала девушка, в этом сомнений не было никаких, девушка была топлес.
Трёхглазая, синяя и с крыльями как у стрекозы. Четыре крыла.
У Шивы нет крыльев как у стрекозы, так что, наверное, это не он.
Впрочем, Дракон же Шиву не встречала, может, у него и есть крылья, а в мифах всё переврали.
А вообще Фива не читала этих мифов, если их вообще возможно прочитать, так что, может, там и есть про стрекозиные крылья.
Впрочем, у синей стрекозы было всего две руки, а Фива смутно помнила, что у Шивы их больше, но это тоже не точно.
В общем, ладно, не Шива. Но девушка тоже синяя. Если Шива синий. И глаз третий есть. Вот он на картинках у Шивы точно есть.
Дракон подумала, что сейчас пригодились бы ножницы. В целях самообороны.
Впрочем, Дракону так лень было сражаться.
– Если ты хочешь меня съесть, – сказала Фива. – Ты только так, чтобы мне не было больно, лады? Или ты кровь сосёшь, комарик?
Зиз приземлилась на траву.
– Хочешь кушать? – спросила синяя леди.
Зиз сделала несколько пассов руками и вишни отцвели и заплодоносили. За минуту вишенки стали сначала зелёными, потом жёлтыми, потом оранжевыми, потом красными. Вишни сладко забликовали на солнце.
– Ты знаешь, есть я хочу. Но твоё предложение меня беспокоит. Ведьма меня кормит, ты меня кормишь. Я свинья на убой?
Зиз смотрела недоумённо и не понимала Дракона. Маленький паучок свесился с волос Синей на длинной паутинке. Дракон это заметила.
– Это Демократ, – представила его Зиз.
– Окей... хорошо, что демократ, я бы обеспокоилась, если бы он оказался фашистом.
Зиз опять не поняла Дракона, зато подняла руку и потрогала одним пальцем нос Дракона.
– Окей... ты зачем меня трогаешь?
Глаза Зиз заблестели как платье из пайеток.
– Скажи, – её голос дрожал. – А Нарцисса тоже трогала твой нос?
Пятое. Пранкер
Том смеялся, валяясь на траве. Дом Волшебника горел. Волшебник отчитывал Тома.
Пока всё это происходило – потемнело. Резко.
Огонь стал выглядеть более зловещим, приобретя фиолетовый оттенок.
Том перестал смеяться.
– Что это такое?
Он сразу догадался посмотреть наверх: небо теперь было цвета индиго.
– Это часть апокалипсиса? – испуганно спросил Волшебник.
– Вряд ли, – ответил Том и продолжил сидеть с открытым ртом, глядя наверх.
Вся обида Волшебника исчезла в свете новой угрозы.
Огонь охватил три четверти дома, когда Волшебник заподозрил обман со стороны друга.
Отложив пока проблему с небом, Норберт подошёл к своему лесному домику, совсем близко, и осознал, что не чувствует жара. Даже тепла не чувствует. Он поднёс руку к огню – огонь не греет. Он сунул руку в огонь – никаких ощущений. Волшебник повернулся и осуждающе посмотрел на Тома.
А Том снова засмеялся.
Норберт был вне себя от праведного гнева.
– Вот ты сволочь! Иллюзиями меня обманываешь?
– Почему сволочь? – ха-ха-ха. – Разве было бы лучше, будь огонь настоящим?
– Врун проклятый!
Волшебник кинулся на Том с кулаками, но дрался он как девчонка: он скорее лупил Тома ладошками. Так что он, как бы, набросился на Тома с ладошками, а не с кулаками.
Том сначала, заливаясь, сворачивался калачиком и закрывал руками лицо, типа спасаясь от ударов (шлепков), но потом схватил Норберта, как хватают младших братьев, захватив за шею, и костяшками пальцев растрепал ему его божественную причёску.
– Больно!
– Ты первый начал драться.