Наконец они оказались на самом нижнем уровне в обитом металлом коридоре, совершенно темном и пустынном, здесь не было даже роботов–грузчиков.
— Свет включи, — потребовал Олаф.
— За свет отвечает другая система, и мне некогда ее ломать, — сообщила Энни, доставая из своего плаща, где, судя по всему, хранилась половина Америки, мощный армейский фонарь.
Серч пробежал еще полсотни футов и остановился, тявкнув. Песик стоял прямо на металлическом прямоугольном люке, закрытом на обычный навесной замок.
— Этот не взломаешь, сколько смартфон не тереби, — хмыкнул Олаф.
— Этот взломаешь еще быстрее, — заверила напарника Энни, достала из кармана плаща лазерные кусачки и за пару секунд перекусила замок.
— Если Фрейзер там — значит, его кто–то закрыл, — заметил Олаф, — Сам человек закрыться снаружи на висячий замок не может.
— Сейчас проверим, — Энни носком сапога поддела и распахнула люк.
Внутри была темнота, причем какая–то не такая. Неправильная темнота.
Энни посветила в люк фонариком, но луч неожиданно утонул в темноте, поглотился ею без остатка. Олаф ясно видел, что в люке ничего нет, что там пустое пространство, но осветить это пространство было невозможно, оно пожирало свет.
— Что еще за дерьмо? — выругался Олаф.
Опустившись на четвереньки, он сунул руку в темноту, и рука исчезла, ее будто отрезали до локтя. Зато Олаф нащупал там что–то вроде металлической ступеньки.
— Там лестница, — доложил Олаф, поднимаясь на ноги, — А что это за концентрат тьмы я не в курсе. Но вроде безопасный.
— Это псевдонейтронная светопоглощающая взвесь, — объяснила Энни, — Ее используют на производстве. На производстве теллуровых гвоздей виртуальной реальности.
— Чего? — Олаф не поверил своим ушам, — Теллуровые гвозди? Здесь? Это нереально. Мой босс — вот единственный производитель теллуровых гвоздей в мире. И тут у него никакого производства нет и быть не может.
— Все же надо проверить, — сказала Энни, — В принципе эта взвесь безопасна для человека, но вот развеять ее фонарем нельзя. Так что если спустимся туда — будем слепы, нам придется передвигаться на ощупь или ориентироваться на нюх и интуицию Серча.
— Эй, Фрейзер, ты там? — крикнул Олаф в люк, но ответом была тишина.
— Там никого нет. По крайней мере, живого, — сказала Энни, — Если бы там были живые люди — Серч бы сделал стойку.
Девушка достала поводок с ошейником и прикрепила их к песику, так чтобы поводок в ее собственной руке оставался максимально натянутым.
— Хочешь туда полезть? — с сомнением протянул Олаф, — Ладно. Но дамы вперед.
Уровень 7: Припадочный XVI
Ваш клан несет потери! Погибшие:
Скейг Серебрянная Борода
Ранг: Брат
Уровень: 12
Раса: Гордый гном
Класс: Призыватель
Роль: ДД
R. I.P
Нежить: мертвый мана–термит атаковал вас сырой маной.
— 1 хп
Ваше здоровье: 32 из 60 хп
Нежить: мертвый мана–термит атаковал вас сырой маной.
— 1 хп
Ваше здоровье: 31 из 60 хп
Ганс Кайзер наложил на всех членов вашего клана, включая вас, заклинание «Тарен»:
+ 40% устойчивости к действию волшебного иприта
Внимание!
Возможны побочные эффекты в виде галлюцинаций и спутанности сознания!
Не обеспечивает абсолютную защиту от волшебного иприта!
Просто с этим заклинанием вы проживете в ипритовом облаке на десять секунд дольше, чем без него.
Нежить: мертвый мана–термит атаковал вас сырой маной.
— 1 хп
Ваше здоровье: 30 из 60 хп
Концентрация: паника!
Вы не можете колдовать.
Болевой шок! Потеря сознания через 1 минуту!
Нежить: мертвый мана–термит атаковал вас сырой маной.