— Я не спорю с этим, — мягко сказал Мелкая Буква, — Но и ты пойми, Децимус, к Грозе Нубов в голову, судя по всему, лезет прокачанный психирург, а он не станет никого спрашивать, хотят ему прислуживать или нет. Прокачанный психирург может подавить волю любого. Это классовая фишка психирурга. Но меня сейчас больше всего волнует не это, а то, что Орден знает о нашей миссии и нашем местоположении. С другой стороны… Ты уверен, что отморозок из твоих снов просил передать Ордену, что мы возле Сердца Зла? Он так и сказал?
— Да, слово в слово, — припомнил Андрей.
— Хм, это очень странно… — призадумался Мелкая Буква, — Тут есть два нюанса. Первый состоит в том, что Сердце Зла — это мифический объект, в игре его на самом деле нет. Легенды, запрещенные Культом Трех Сестер, как ересь, говорят, что Сердце Зла — это некая совокупность душ погибших существ из прошлой эры, и якобы именно этот объект питает подземные реки крови, из которых добывают кристаллы маны. Во–вторых, даже если предположить, что мы действительно пройдем рядом с Сердцем Зла, то непонятно, как отморозок из твоих снов понял это. Ты же не говорил ему этого во сне? И даже если предположить, что твой двойник смотрит твоими глазами, то пока что он Сердца Зла еще не видел, потому что его не видел ты. Ну и самое главное, Ксиб говорил, что этот данж — индивидуален для каждой группы, так что Орден здесь нам все равно не угрожает, погоня не сможет войти сюда вслед за нами. Так что я в растерянности, если честно. Но что–то нехорошее происходит совершенно точно.
— Нужно убрать его из моей головы! — потребовал Андрей, — И как он вообще туда залазит?
— Ну… — Мелкая Буква пожал плечами, — У психирургов есть множество способов залезть в голову, это их профессия, в конце концов. Но вообще проверить находишься ли ты под воздействием некоего заклинания психирургии — довольно просто. Для этого всего лишь нужно применить на тебя тотальную инспекцию, которая показывает все наложенные заклятия, даже самую темную и тайную магию.
— Разбудим целительницу? — предложил Децимус.
— Нет нужды, — вздохнул Мелкая Буква, — Этим заклинанием владеет только один класс — книжник. Не все же мне книжки читать, мой класс умеет и кое–что полезное. Сейчас… Вспомнить бы еще, как ее кастовать.
Мелкая Буква начертил в направлении Андрея какую–то сложнейшую руну, и над головой у Андрея засияли зеленые сполохи, а в воздухе возникло системное сообщение:
Тотальная инспекция: В данный момент на вас не наложено никаких заклинаний, в том числе скрытых или тайных.
— Теперь я понимаю еще меньше, — признался Мелкая Буква.
— А может тотальная инспекция не такая уж тотальная? — усомнился Андрей.
— Исключено. Тотальная инспекция видит все наложенные заклятия в принципе. Придется разбудить Ксиба, — констатировал Мелкая Буква.
Децимус осторожно растолкал рептилоида, тот подошел и внимательно выслушал рассказ Мелкой Буквы, коротко изложившего ситуацию. Слушая книжника, Ксиб смотрел своими черными огромными глазами прямо на Андрея, и от этого тому стало не по себе.
— Невозможно, — прошипел Ксиб, когда Мелкая Буква замолчал, — Никто не войдет в этот данж за нами. Индивидуальный данж. Мы пробовали. Невозможно. И психирурги, темные эльфы — не друзья Ордену. И Сердца Зла здесь нет. Его не существует. Сказки. Глупые сны. Забыть про них. Караулить еще час. Потом отдыхать. Вас сменят. Выступаем через семь часов.
Человек в шляпе
Округ Сити–оф–Эдинбург, окрестности Балерно
Сагануренов осторожно лез вниз по веревке, упираясь ногами в стену Кнок–Силге, древнего замка, построенного еще чуть ли не при королеве Маргарет, а ныне принадлежащего епископу Эрисс.
Выше и ниже Сагануренова было только молочно–белое марево, в котором тонули концы веревки, проклятый туман пожрал мир и сделал путешествие Сагануренова по веревке опасным. Когда веревка раскачивалась, Сагануренов удалялся от тонувшей в тумане стены, в такие моменты он терял ориентацию в пространстве и несколько раз даже чуть не сорвался вниз. Падать на землю пришлось бы метров пятьдесят, а под Сагануреновым, как свидетельствовали обнаруженные им в интернете свежие фотографии особняка, росла какая–то колючка, так что падение в планы лучшего в мире детектива не входило.
Туман оседал на древних неправильной формы булыжниках, из которых был сложен особняк, и ноги Сагануренова скользили на старинной кладке. Это было еще паршивее и опаснее, чем раскачивание веревки.
Но с другой стороны, тот же самый туман облегчал задачу, он скрывал Сагануренова от шотландских полицейских, дежуривших сейчас у ворот особняка и никого не пускавших к епископу по распоряжению секретаря по делам юстиции Шотландии. От камер туман Сагануренова не скрывал, потому что они были снабжены тепловизорами, но камеры детектив удаленно отрубил еще на подходе к особняку.