Ксиб медленно кивнул:
— Я не знаю, откуда придут призраки. Погребальная камера, коридор, откуда угодно. Всем встать плотнее друг к другу. Паладины — по краям, с разных сторон. Воевать только паладинам и Грозе Нубов.
— Эй, а как воевать? — спросил Андрей, которого опять затрясло, но уже не от холода.
— Ритуальным кинжалом, — объяснил Мелкая Буква, — Все остальные твои заклинания и оружие бесполезны против призраков.
— И пусть сестра Элли и Снейп обложат нас защитными заклинаниями! — потребовал брат Нираб, — Снейп же еще не подох от укуса вампира, я надеюсь?
— Не дождешься, — вяло ответил колдун, который все еще был не в лучшей форме.
— Против духов нет никаких защитных заклинаний, — сообщил Мелкая Буква, — Они пройдут сквозь любой защитный барьер, кроме светового барьера паладинов, даже не заметив его. Но вот максимально баффнуть всем здоровье и броню — хорошая идея.
У Андрея никакой брони не было, так что ему досталось от Элли только заклинание Орочий припух, давшее +30 хитпойнтов на пять минут.
Андрей уже хотел скорее со всем покончить и коснуться фиолетовой метки на двери, но Ксиб остановил его:
— Ловушка. Подожди.
Рептилоид скастовал на дверь какую–то сложную руну, и внутри металлической двери нечто громко щелкнуло.
— Заходи, — прошипел Ксиб, — Система подпишет тебе Мать Клана.
Андрей приложил ладонь к мерцавшей метке, и дверь бесшумно открылась.
За дверью располагался длинный зал, вдоль стен которого на крюках висели тела, завернутые в холстину. По центру зала тянулись ряды каменных постаментов, на которых лежали мумии в темной одежде. Судя по всему, Мать Клана нужно было искать именно среди этих тел на постаментах. Андрея несколько удивило, что здесь нет никаких богатых подношений, и даже на мумиях не было украшений. У него даже возникла мысль, что эту гробницу кто–то успел разграбить. Но размышлять об этом Андрею было некогда, кроме того, он был так напуган, что ему было не до размышлений.
Андрей прошел мимо первого постамента, мумию на котором система подписала как Отца Клана Доон по имени Бадмаахе. Здесь, в гробнице клана с лодкой на эмблеме, было как будто еще холоднее, чем в коридоре, так что Андрей ощущал холод даже несмотря на наложенное Элли согревающее заклинание. Все остальные ждали в коридоре, вслед за Андреем в гробницу вошел только котопаук, испуганный не меньше хозяина, а еще влетел один из волшебных огоньков.
Третий постамент от входа, наконец, оказался тем, что искал Андрей. На нем покоилась высокая женщина, Мать клана Доон по имени Куусид.
— Ладно, сейчас… — сказал Андрей мумии, собираясь с духом, — ነፍስህ የበሰለበትን የእንግዴ ክፍል እወስዳለሁ.
Андрей в точности повторил фразу, которую ему велел произнести Мелкая Буква, и вонзил ритуальный кинжал психирурга трупу в грудь, в то место, где как полагал Андрей, находилось сердце. Впрочем, судя по сносному состоянию мумии сейчас там никакого сердца уже не было, все органы наверняка извлекли из Матери Клана перед бальзамированием.
Грудь мертвого тела обратилась в пыль, Андрей проломил ее легко, как бумажную. В груди у Матери Клана разверзлась дыра, а потом возникло системное сообщение:
Ничего нет. Все духовные аспекты из этого тела извлечены до вас.
— Ничего нет! — в ужасе крикнул Андрей ждавшему в коридоре Ксибу.
— Невозможно, — прошипел рептилоид.
Рот Матери Клана приоткрылся, Андрей даже испугался, что она сейчас восстанет, но труп ограничился открытием рта, которое видимо произошло чисто механически, от удара Андрея. Во рту Матери Клана, среди идеально белых зубов, было что–то еще, чуть менее белое. Андрей, не до конца сознавая, что он делает, протянул руку и вынул предмет, оказавшийся небольшим бумажным свитком. Развернув свиток, Андрей прочел на архаичном темноэльфийском:
«Здравствуй, возлюбленный мой.
День и ночь здесь одно, и я совсем одна. Я жду тебя. Ниже. Я взяла то, что тебе нужно. Я взяла все богатства этих гробниц и все души мертвых. Ибо я — имеющая власть брать у живых и мертвых. Моя кожа черна, как полночь, и упруга, как спелый плод. Мои груди велики и округлы, как горы Бурууаха нашей родной Эльфарики. Ноги мои длинны, а бедра покаты. Губы мои алы, как кровь, а глаза подобны драгоценным камням. И волосы мои подобны шелку. Я вечно юна и прекрасна. Я жду тебя, любимый мой.
Встретимся в Залах Мыслей. Вечно твоя. Курукс.»
Записка была написана на каком–то диком диалекте, которого Андрей не знал, так что ее содержание он понял не без труда. Но когда понял — этот текст его сильно взволновал. Андрей хотел кликнуть Мелкую Букву и расспросить, не знает ли он, кто такая эта таинственная Курукс, но в этот момент в коридоре раздались испуганные крики.