— Там собственная сетка координат, — ответил Мак–Анри, — Созданная местными дронами, которые летают ниже уровня взвеси, сами строят карту и прокладывают маршрут.
— Понятно. Сколько всего гвоздей вы создали и отправили в Туркмению?
— Много, — нехотя признался Мак–Анри, — Несколько сотен. Аппаратно они были все одинаковые. Жалкое подобие оригинальных гвоздей Голдсмита. Они ни к чему не подключались и были полностью автономны. Полагаю, что в них засунута какая–то виртуальная реальность, очень небольшая. Но вот что именно записано на гвозди — я, как уже говорил, не знаю. Лига не сочла нужным сообщить мне это, да я и не спрашивал.
— А где сейчас Лига производит гвозди? — спросил Сагануренов, — Если, конечно, она все еще их производит.
— Не имею не малейшего понятия, — пробурчал Мак–Анри, — Лига решила свернуть все производство на моих складах незадолго до того, как туда залез и сдох там жирный жирдяй Голдсмита. После этого они даже не выходили со мной на связь.
— А что если я назначу Лиге встречу от вашего имени? — предложил Сагануренов, и это предложение пришлось Мак–Анри очень не по вкусу:
— Тогда нас обоих завалят на этой встрече. И в любом случае это невозможно. У меня была изначальная договоренность с Лигой никогда не встречаться ни с кем из них лично. Так что если бы я даже хотел покончить с собой и согласился на твое предложение — Лига бы сразу поняла, что я провален, и что это полицейская ловушка. Так что никто из Лиги на встречу не придет. Забудь об этом.
— Логично. Но вы все еще слишком мало мне дали, сэр, — заметил Сагануренов, — Что вам известно о хакерах, нанятых Лигой для взлома квантового сервера Голдсмита?
— Ничего не известно. Со мной этот вопрос даже ни разу не обсуждали. Но могу сказать, что гвозди, которые производились на моих складах, не имеют никакого отношения к взлому. Как я уже сказал, эти гвозди полностью автономны, они не то, что взломать, они даже подключиться ни к чему не могут, у них нет даже маршрутизаторов.
— Это тоже звучит логично и подтверждается моей собственной информацией, — кивнул Сагануренов, — Я думаю, что вы были честны со мной, сэр, поскольку неплохо умею распознавать ложь. Но все же… Вы больной ублюдок, мистер Мак–Анри, вот что. Вам нужно лечиться, хотя это уже, конечно, не мое дело. Я не сообщу о вас полиции, поскольку это не в моих интересах. Копы сейчас начнут пороть горячку, и Лига заляжет на такое дно, где их уже не найдешь. Однако у меня есть к вам ряд требований, сэр. И если вы их не выполните — клянусь, вам придется стать мемом, возможно самым эпическим в этом десятилетии. Во–первых, вы должны продать всех ваших лошадок в течение недели…
— Ну уж нет, — возмутился Мак–Анри.
— Да, — строго произнес Сагануренов, — Вы сделаете это. Все лошадки должны быть проданы, живыми и целыми. И если я узнаю, что вы со злости прирезали или заебали до смерти хоть одну из них — я опубликую видео. Еще одно условие — новых лошадей вы себе покупать не будете.
— Но можно оставить хотя бы мою сверхмалую Эпплджек? — взмолился Мак–Анри, — Ту, которую вы видели у меня на столе в кабинете, помните, какая она няша…
— Нельзя, — ответил Сагануренов, — А еще никакого вреда не должно быть причинено охраннику на ваших складах, от которого, как вы уже давно догадались, я и получил первичную информацию о ваших темных делах с Лигой. Федор Степанович и дальше должен работать у вас. Ни он, ни его семья не должны пострадать. Ну и самое главное. Вы в прошлый раз порвали мою визитку. Я сейчас дам вам еще одну. Ее вы рвать не будете, а за ту порванную сейчас извинитесь.
— Извините, мистер Иван, — просопел Мак–Анри, беря и пряча в карман новую визитку.
— Извинения приняты, сэр, — улыбнулся Сагануренов, — А теперь давайте мне координаты в Туркмении.
Уровень 8: Безумец VI
Пока отряд собирался, Мартин поинтересовался у Андрея, каковы результаты его проверки, на что Андрей вынужден был ответить, что все в порядке, поскольку Ксиб торчал совсем рядом. Мартин был вполне удовлетворен коротким ответом Андрея, а Ксиб, если и слышал их разговор, не стал выяснять, о какой проверке идет речь.
Через пару минут рептилоид уже кастовал какое–то заклинание на люк в полу.
Люк распахнулся, под ним оказалось непроницаемое молочно–белое марево. Над маревом на мгновение появилась и сразу исчезла надпись на темноэльфийском:
Залы Мыслей
— Боже мой, — пробормотал Мелкая Буква, и тут же объяснился, — Это мифическое место из погребальных текстов темных эльфов. После смерти душа эльфа очищается, и все страхи и тревоги жизни стекают глубоко под землю, к самому центру Мира. Там они образуют Залы Мыслей. Думаю, что мы первые, кто в них побывает.