— Да, — уверенно ответила Бегущая–сквозь–ночь, — Я брала и более сложные цели. Но даже Сверхмилосердной Стрелы не хватит, чтобы снять цели восемь тысяч здоровья за раз.
— Обмажем ядами, — отмахнулся Голдсмит, — Учти, что если промажешь — ты умрешь. Напомню, умрешь в реальности. Знаешь, как выглядит Королева Риаберры Джамезия?
— Не-а, — мотнула головой лучница, — Не разбираюсь в местной политике.
— На, смотри, — Голдсмит продемонстрировал Бегущей–сквозь–ночь изображение на экране смартфона. На изображении была красивая женщина средних лет, черноглазая и похожая на мулатку, как и все риа. Ее волосы были такими длинными, что касались пола. Женщина была в черном платье, расшитом золотом, на голове Королева носила черную корону с острыми зубцами.
— Нарядов у нее несколько тысяч, и я не знаю, что она напялит на переговоры, — пояснил Голдсмит, — Так что запоминай лицо. Корону она тоже не всегда носит. А вот по волосам ее опознать можно всегда, Королевы Риаберры не стригутся.
— Вокруг нее наверняка полно стражи, — с сомнением произнесла Бегущая–сквозь–ночь, — Меня в любом случае убьют, когда я ее завалю. Я даже руну телепорта применить не успею. Тем более что у меня ее нет.
— Бежать с места преступления не будет нужды, — заверил Голдсмит, выпуская облако зеленого пара, — Как только сердце Королевы остановится — сервер вернется под мой полный контроль. И я уже заранее запустил команду остановить время в Риаберре. Как только Королева сдохнет — команда немедленно будет реализована, так что стрелы и заклинания стражников до тебя не долетят. А теперь покажи, как быстро ты выхватываешь лук. Из инвентаря, не из–за спины.
Бегущая–сквозь–ночь сунула лук и колчан в инвентарь, а потом выхватила лук обратно, с уже натянутой тетивой и готовой для выстрела стрелой.
— Отлично, — похвалил Голдсмит, — Уверен, что ты успеешь.
Внутрь пузыря тем временем ввалились дон Крус и запыхавшийся маг слова, юноша с серебряными волосами.
— Ну? — спросил Голдсмит.
— Вот Сверхмилосердная стрела, — дон Крус протянул Бегущей–сквозь–ночь белую стрелу, настолько тонкую, что она казалась нитью, — Охотник за головами под ником Клэнси не хотел отдавать ее мне, сэр. Пришлось применить силу.
— Я запомню, что охотник за головами Клэнси — мудак, — кивнул Голдсмит, — Что по ядам?
— Топорищеватый экстракт, два пузырька, снимает по тысяче хитпойнтов за раз каждый. Это от меня лично, сэр. Десять пузырьков Менструальной крови самки Тролля, снимают по пятьсот хитпойнтов за раз, Сок Заскорузла, снимает семьсот хитпойнтов.
— Не хватает, — констатировал Голдсмит.
— У меня есть дерьмо, — сообщил Андрей, и, заметив раздраженный взгляд Голдсмита, тут же дополнил фразу, — В смысле, дерьмо больного чумой орка. Яд. Снимает 90 хитпойнтов ежеминутно.
— У нас не будет времени снимать хитпойнты ежеминутно, придурок, — разозлился Голдсмит.
— У него есть агониальное дыхание, — сдал Андрея дон Крус, — Снимает 300 хитпойнтов немедленно. Я сам ему продал два пузырька.
— Давай оба, — приказал Голдсмит, — Для верности. Вот теперь ништяк.
Раздосадованный Андрей отдал оба агониальных дыхания лучнице.
— Чего ты ждешь? Обмазывай Сверхмилосердную Стрелу, — приказал Голдсмит Бегущей–сквозь–ночь, а потом обратился к магу слова: — А ты дай девушке громгласие на два часа.
— Удаленное громгласие на два часа? — опешил маг, — Я всю ману потрачу.
— Ничего, переживешь. Колдуй.
Маг забормотал какую–то формулу на неведомом языке, над Бегущей–сквозь–ночь, надевшей перчатки и аккуратно смазывавшей стрелу ядами, засияли сполохи.
— Готово, — доложил маг.
— Ля–ля–ля, — громогласно произнесла лучница, — Работает!
— Скольким игрокам ты разослал призрачного гонца? — спросил Голдсмит мага слова.
— Меньше сотни. И никто не ответил.
— Ладно, а теперь отдай девушке весь свой поганый шмот, — распорядился Голдсмит.
— То есть я останусь без маны и без шмота? — возмутился юноша с серебряными волосами.
— Она даст тебе свой.
— Не дам, — отрезала лучница, уже закончившая наносить яды на стрелу и теперь любовавшаяся результатом.
— Вы как дети малые, — рассвирепел Голдсмит, — А знаете что? Я сейчас вернусь в реал и буду пить виски, а вы подыхайте в своей сраной игре со своим долбаным шмотом. Я для кого по–вашему здесь стараюсь, неблагодарные ублюдки?