Вскочив на ноги, Мариэль оглянулась и поняла, что ничего не видит. За окном стояла глубокая ночь.
– Ложись спать сладкая моя! Завтра поищем твою сумку. – Виктор потянул эльфийку за руку и прижал к своей груди. Обхватив ее за талию, он уткнулся носом в волосы и через мгновение они уже спали крепким сном.
Двое влюбленных надев друг на друга темные капюшоны взялись за руки. Они нежно поправили волосы, улыбнулись глазами и легко вздохнули. Как два близнеца плавно двигались в унисон друг другу и не нарушая собственного ритма, были похожи на обычных обитателей столицы. Стараясь быть незамеченными, они шли не по центральной улице, а постоянно ныряли в пустынные и мрачные переулки. Грязь под ногами смешивалась с отбросами из сточных канав, а с крыш ещё падала дождевая вода после вчерашнего ливня, на улице было сыро и мрачно. Плотнее укутавшись в непромокаемый плащ, Мариэль поежилась, посмотрев на хмурое небо.
Крепко держа сумку с бабушкиными лекарствами, эльфийка прижимала ее к телу и ощущала пальцами стеклянное совершенство. Вот оно эльфийское оружие, которое должно помочь ей разговорить Руслана, а также других врагов королевства. Бабушка не зря дала ей пузырьки, как чувствовала, что они могут пригодиться. Вот и поймем на что способны эльфийские снадобья Глиндменель.
Мариэль знала, куда они идут, но до сих пор не могла поверить в то, что конюх Аярис возможно замешан в кровавом деле Аптекаря. Он был хорошим другом ее отца и всегда ей нравился.
«Нет, не верю! Он не мог так поступить. Вот его противная женушка, вполне. Она бы продала душу дьяволу за золотые монеты. Но только не Аярис. Нет и нет! Пока не поговорю с ним, не поверю».
– О чем ты мечтаешь, Мариэль? – От собственных мыслей её разбудил голос охотника.
– Что?
– Ты очень задумчивая, похоже, находишься далеко в своих мыслях.
– Я думала об Аярисе и его жене. Я не верю, что он причастен к отравлению эльфов.
– Я тоже не хочу в это верить. – Виктор взял Мариэль за руку и завернул за очередной дом. – Мы почти пришли. Волнуешься?
Мариэль кивнула не в силах произнести ни слова. Почему она так переживала из-за разговора с конюхом? Может, потому что боялась услышать ответ, который ей не понравится. Она боялась и жаждала правды. Но вот какой будет это правда, им и предстояло узнать, войдя в этот знакомый дом.
Виктор здесь сидел в подвале как провинившийся узник, не по своей воле, не понимая, где он и почему здесь оказался?
Мариэль же шла сюда по собственной воле, к другу семьи, зная, что здесь можно спокойно переждать ночь, если не трогать жену Аяриса. Вот с этим у Мариэль всегда были проблемы.
– Пойдем, Мариэль. Время.
– Почти полдень.
– У нас мало времени. – Виктор подошел к входу и постучал в крепкую дубовую дверь. Послышались шаги и она распахнулась.
Аярис стоял, оперевшись о косяк и сильно качался. Грязная рубашка была разорвана в нескольких местах, кое-где виднелась кровь. Волосы были всклокочены и падали на лоб сальными паклями. Под левым затекшим глазом стоял большой красно-фиолетовый фингал. Сама сетчатка была окрашена бордовыми тонкими нитями. Губа была распухшей и треснутой, засохшая кровь была размазана по подбородку и щеке.
– Аярис, что с тобой? – Мариэль охнула и потянулась к другу, коснувшись его щеки. – Ты что подрался?
– Кто здесь? А это ты, Мариэль. – Конюх расплылся в улыбке, обнажив щербатый рот без верхнего зуба, видимо, тот отлетел в драке и теперь покоился, где-нибудь в пыльном углу дома. – Я так рад тебя видеть и нашего принца, конечно же. Входите, гости мои, только у меня здесь немного не прибрано. – Все так же еле стоя на ногах, Аярис закрыл за гостями дверь и практически упал на стоявшее рядом кресло.
Комната находилась в ужасном состоянии: перевернутая мебель, сломанные стулья и полки, свисающие на одном гвозде, разбитая посуда на полу, разорванная и испачканная одежда, разбросанная в хаотичном порядке. Ясно было одно, либо здесь прошел ураган, либо сильнейший скандал с дракой и пролитием крови.
– Аярис, тебя что ограбили? – Присев рядом с другом, Мариэль сняла плащ и раскрыла свою сумку. Отыскав хлопковые подушечки и настойку из хмеля, она начала аккуратно промывать раны.
– Кларис всегда была очень эмоциональной. Ну и в этот раз, когда я сказал, чтобы она сдалась и во всем покаялась, пока за ней не пришла королевская полиция, и не схватила ее, я уже тогда пожалел, что начал этот разговор. Она была похожа на злобную тигрицу. Я никогда не видел ее такой…