Иеления отодвинула светлые волосы набок и нацепила накладки на заостренные ушки. Нажав на скрытую выпуклость, она услышала, как мир в ее голове ожил. Сотни голосов мамондиков проснулись и начали перешептываться о наболевшем. О жизни в темном дупле и тысяче неотправленных посылок на окраину леса; о болезни одного мамондика съевшего неизвестный корешок и других новостях, которые были наверно интересны только самим зверькам.
– Совсем не та частота, которая мне нужна! – Нажав на выпуклости семь раз, по одной букве ее имени, гласные на левом ухе, согласные – на правом. Она подключилась к нужной частоте эльфийского племени.
Спустя несколько секунд, через шорохи расстояния и времени, она услышала слабый голосок. Такой знакомый и родной, голос матери.
– Мама! Это ты? Мама… – Иеления всхлипнула и, не удерживая слёзы, заплакала. Прижав ладони к груди, она сжалась в комочек на кресле и услышала в голове слёзы матери.
– Иеления, дочка? Ты ли это? Совсем пропала и забыла старушку мать.
– Мама прости, ты же знаешь, как это бывает. То одно, то другое. Лариэль заболела, не отхожу от неё ни на шаг.
– Давно болеет?
– Больше года. Мариэль делала лекарства, но ничего не помогало. Пришлось идти в королевство.
– Почему ко мне не обратилась. Чем она болеет?
Иеления всплакнула и выдавила из себя: «Малокровие».
– Это не страшно, вылечим. А Мариэль как?
– Мама мне кажется, ее хотели отравить.
– Кажется, или правда хотели? Рассказывай.
– Я не уверена, хотя, что я говорю? У неё был пузырёк с фехинацеей, возможно, она его пила. Но сейчас ей уже лучше. Она спит.
– Послушай Иеления, что-то странное происходит последнее время. Даже мы здесь, защищённые от мира людей и то слышим ужасные вещи.
– Какие вещи?
– Я не могу говорить, нас вероятно… прослушивают.
– Но мы на особой частоте! Разве нет? – Иеления встала с кресла и подошла к краю веранды. Где-то там, за деревьями, виднелись крыши замка короля. Короля, который отнял жизнь ее мужа и которого она никогда не простит, сколько бы времени ни прошло. И неважно, что было между ними. Смерть всегда остается смертью.
– Частота может прослушиваться, сейчас становится слишком опасно общаться через ушные накладки. Вот что мы сделаем. Я тебе напишу письмо и отправлю через мамондика в ваше Дупло. К утру, почта будет у тебя. И средство для лечения малокровия пришлю.
– Все я поняла. Утром схожу к посыльным и заберу.
– Дочка… Я буду ждать ответа от тебя. Отправишь дупловой почтой, пока все не наладится, поняла? Ну, все, желаю тебе спокойной ночи, дорогая, не волнуйся ни о чем. Мы с папой всегда поддержим тебя, помни об этом.
– Спокойной ночи, мама. Я люблю тебя.
– Я тоже тебя люблю милая.
Иеления отключила связь, сняла накладные ушки и положила их на стол. Присев на плетеное кресло, она подогнула под себя ноги, укрылась пушистым пледом и посмотрела на звезды. Чувство облегчения и радости от разговора с матерью накрыло её такой мощной волной, что она улыбнулась, закрыла глаза и тотчас же уснула.
На деревьях, в своих дуплах, сидели Мамондики и настраивались на нужную волну с другими зверьками. Передача сообщений должна была вот-вот начаться, и маленький Жмунь перечитывал сверхсекретное послание, которое прислали ему сверху.
"Лес в опасности. Эльфы подвергаются нападениям. Необходимо срочно принимать меры предосторожности!"
Глава 6
Иеления проснулась, когда солнце только-только поднималось над вершинами деревьев.
Эльфийка поняла, что жутко замёрзла. Спать на веранде под ночным небом было так необычно, и неудобно. Забытое чувство свободы и отчаяния вновь вернулось к ней, но лишь ненадолго. Вспомнив про свои обязательства и письмо, которое должна была прислать мать, Иеления поднялась. Закутавшись в плед, она задрожала. Тело пыталось согреться, поэтому включила механизм неконтролируемой дрожи мышц.
Открыв тяжелую дверь, она заглянула в гостиную и увидела силуэт спящей дочери на кушетке. Она тоже дрожала. Бордовое одеяло, которое должно было согревать Мариэль, куда-то пропало. Воздух в доме остыл, стало холодно. Необходимо было затопить камин, но времени на это совсем не было.
Осторожно, чтобы не будить Мариэль, женщина подошла, сняла с себя накидку и аккуратно укутала старшую дочь.